На меня смотрел зрелый мужчина с белоснежными волосами, ровными прядями спадающими на лоб. Глаза Святослава казались слишком старыми, они выплескивали наружу столько усталости, сколько хватило бы на сотни людей. Взгляд скользил по моему лицу, а губы напряженно застыли в подобие улыбки. Широкая ладонь потерла округлый подбородок с ямочкой без единого волоска, и я невольно обратил внимание на шрам, пересекающий шею и заканчивающийся на середине левой щеки.
-Здравствуй, Павел, как самочувствие? – обратился ко мне Святослав, легко встряхивая за плечи. Почувствовал, как незримая восковая тюрьма отпускает мое тело, клеточка за клеточкой, а гортань напрягается, проталкивая неуклюжие слова сквозь зубы.
-Хре… ново, - прохрипел, медленно поворачивая голову в сторону, чтобы посмотреть, где оказался. Светлая, залитая солнцем комната, не содержала в себе ничего примечательного, кроме необъятной полки с толстыми переплетами и непонятными иероглифами. Кресло с высокой спинкой, в котором сидел Святослав, крутанулось вправо.
-А… книги. Давно не встречал Хранителей с подобным даром. Видишь ли, - объяснил Святослав, откидывая со лба волосы. – Каждый, кто попадает сюда впервые, видит что-то свое. Например, я увидел плачущего младенца, что означало начало моей карьеры, как Земного Хранителя. А книги означают, что ты никогда не ступишь на Землю снова, оставаясь в чертогах библиотеки.
-Соня, - прошептал я, с трудом вспоминая, кто же это такая и почему ее имя отдается в грудной клетке глухой болью.
-Да, благодаря этой смертной ты обрел бессмертие и стал Хранителем, Павел, но с полным пробуждением ее имя навсегда сотрется из твоей памяти. Ты не сможешь вернуться в мир людей и помочь ей. Прости, парень.
Я отчаянно потряс головой, силясь воскресить в голове расплывчатый образ миловидной девушки с длинными светлыми волосами. Кто же она, и почему я так отчаянно желаю ее увидеть?
-Спи, пока есть такая возможность, потому что с пробуждением нам всем предстоит немало дел. – Святослав погладил меня по голове отеческим жестом и приподнялся. – Теперь дела смертных не должны беспокоить тебя, только книги.
А я мысленно послал толстенные фолианты ко всем чертям и поклялся сам себе, что обязательно вспомню ее… Ту девушку… Как же ее имя?
Глава четвертая
(от лица Демона)
Я проторчал у Арки Августа час, если не больше. Терпение лопнуло, подобно воздушному шарику, громким хлопком отдаваясь в барабанных перепонках. Стрелки на циферблате давно перевалили за полдень, Ляля и ее спутник-прилипала сильно опаздывали, а ожидание изначально не входило в мои планы. Мало того, между лопатками постоянно свербело, поэтому я устал нервно оглядываться и высматривать, кто же высверливал во мне дыру. К сожалению, пестрая толпа, возбужденная предстоящим празднованием нового года, не располагала к тому, чтобы отыскать кого-то конкретного.
Неужели Ляля не смогла меня найти, ведь ее телефон так и остался в кармане моего пальто?
Глянув на циферблат в последний раз, уже собирался развернуться в сторону улочки, выходящей на Триполи, как в меня врезалась Ляля, истерически разрыдавшись сражу же, как только я инстинктивно прижал ее к груди.
-Увезли… он не дышал… Не дышал! – выдохнула она, переходя с шепота на громкий крик. – Этот странный парень, которого мы заметили по дороге к гостинице, сразу не понравился Павлу. Он посчитал его странным, - захлебываясь словами и слезами рассказывала Ляля, даже не глядя на меня. Просто схватила края пальто судорожно сжатыми пальцами, и говорила так, словно никогда не собиралась останавливаться. – Я не видела, что произошло, уже зашла внутрь, но Паши так долго не было… Они дрались прямо на тротуаре, и никто не подходил, даже не пытался их разнять. Господи! – простонала девушка, - столько крови! – она снова всхлипнула и по-настоящему разрыдалась, сотрясаясь всем телом, а я продолжал прижимать ее вздрагивающие плечи к себе.
-Как давно? – спросил Лялю, понимая, что произошло нечто ужасное. Я и сам желал Павлу смерти, но от собственной руки. По словам девушки стало понятно, что драку затеял незнакомец, или спровоцировал Павла для того, чтобы … Неужели убить? Что за бесстрашный ублюдок, который не боится размахивать кулаки на глазах у прохожих?
-Что с Павлом? – уточнил у Ляли, которая только отрицательно покачала головой и снова разрыдалась.
-Ясно, - кивнул головой, соображая, кто мог устранить смертного и для чего.