Он рычит и тянет меня назад, пока член не выскакивает из моего рта с чмокающим звуком. Грудь Деклана вздымается, он смотрит на меня с таким жаром, что сердце пускается вскачь, и я еще быстрее двигаю пальцами.
— Я разве разрешал себя трогать?
Я облизываю влажные и припухшие от минета губы и качаю головой. Точнее, пытаюсь. Его хватка в моих волосах такая крепкая, что я едва ли могу двигаться.
— Не тебе доставлять себе удовольствие. Это моя работа. — Свободной ладонью он ласково поглаживает меня по щеке. Это прекрасный пример, как хорошо Деклан балансирует между жесткостью и нежностью.
И потому, что мне нравится его дразнить, я говорю:
— Ну, в последнее время ты не выполняешь свою работу. Похоже, что я должна брать все в свои руки, если мне захочется кончить.
Его лицо так быстро мрачнеет, что я начинаю задаваться вопросом, не перегнула ли, но не успеваю пойти на попятную, как он рывком ставит меня на ноги. Я вскрикиваю от удивления и чуть-чуть от боли, пока он тащит меня к кровати и толкает на нее. Моя спина сталкивается с матрасом, когда Деклан хватает меня за лодыжки и одним резким движением стаскивает с меня джинсы.
Черт! Я едва ли не хихикаю от маниакального выражения его лица. Деклан собирается трахнуть меня настолько хорошо, что я буквально чувствую его желание на вкус.
Я отползаю назад, пока не упираюсь в изголовье, пытаясь играть в недотрогу. Он выглядит убийственно, когда залезает на кровать и подтаскивает меня за колени к себе. Сердце пускается наперегонки с рваным дыханием при виде нависшего надо мной парня.
— Я собираюсь заставить тебя заплатить за это, — предупреждает он и хватает за край моих трусиков.
Мои стеночки сжимаются в жадном предвкушении, но в грудь вонзается осколок страха, разрезая острым краем желание. Последний раз, когда он так говорил, мне пришлось заплатить собственным оргазмом. Он оставил меня ни с чем, не считая его любезного замечания, что я вся «промокла» после жаркого секса в душе.
Жестокая усмешка кривит его губы, будто он точно знает, к каким отвратительным умозаключениям я только что пришла.
— Это не честно! — восклицаю я и стараюсь отпихнуть его руки от моего нижнего белья. — Ты не можешь опять кончить один!
Я хмурюсь, когда он подчиняет меня одной чертовой рукой и заводит мои руки над головой.
Рисуется.
— О, я и не собираюсь. Можешь быть в этом уверена. — Он тянет за край моих трусиков, пока я не слышу звук рвущейся ткани. Резко срывает их с меня, обжигая кожу.
Я ахаю, а он ухмыляется.
Отбрасывая порванное нижнее белье на пол, Деклан отпускает мои руки и садится на колени. Задирает футболку и стягивает ее через голову, добавляя к растущей горке одежды на полу. Он поднимает мою футболку, обнажая лифчик, и пробегает ладонями по чашечкам. Грудь все еще болезненна, но когда его большие пальцы задерживаются на сосках — нежно дразня через тонкую атласную ткань — боль становится все слаще и настойчивее.
Это так восхитительно.
Деклан тянет чашечки лифчика вниз, а когда они оказываются под набухшей грудью, приподнимает и сжимает ее. Его глаза блуждают по моему телу, а мои ноги раздвинуты и с нетерпением ждут, когда он займет свое законное место между ними.
Вместо этого Деклан лишь облизывается и кивает туда, где я так отчаянно в нем нуждаюсь.
— Если очень хочешь себя потрогать, давай. Ублажай себя.
Я шокировано открываю рот, потому что, должно быть, ослышалась.
— Что?
Я пытаюсь свести ноги и сесть, но Деклан пригвождает мои бедра к кровати. Мышцы горят от напряжения, пока я борюсь с ним, но все бесполезно. Мне не стиснуть колени, пока он мне не позволит.
— Ты сказала, что я не выполняю свою работу. Так покажи же мне, как это делается.
Я встречаюсь с ним взглядом и пытаюсь определить, шутит ли он. Но, конечно же, нет. Мне стоило сразу это понять.
Я смеряю его сердитым взглядом, а потом отвожу глаза, чувствуя себя неловко и глупо, когда моя ладонь скользит вниз живота к раскрытым ногам. Деклан садится и наблюдает, как я потираю клитор, вся мокрая от возбуждения.
Тело словно в огне, подстегиваемое смущением. Я уже готова сказать, что чувствую себя неуютно и глупо, трогая себя в одиночестве, но слова замирают на языке, как только замечаю голодный, полный страсти взгляд.
Деклан не считает это глупым, судя по жадному блеску глаз и тому, как он начинает медленно скользить рукой по своему члену. От этого зрелища тело опаляет еще сильнее.