Он хотел схватить Билли за шиворот и поднять, но взял себя в руки. Слишком долгое время его нервы были натянуты до предела, и он сорвался, как безголовый дурак. «Это же мой сын, — одернул себя он, — а не чужак, которого я никогда не видел!» Он закашлялся.
— Ты идешь домой?
Они вместе спустились с холма и мимо свежей могилы, усыпанной яркими цветами, двинулись к «олдсу».
Старый автомобиль больше напоминал кучу ржавого металлолома. Двигатель, когда наконец заводился, стучал так, будто внутри у него перекатывались болты и гайки. Джон и Билли выехали с кладбища и направились к дому.
Джон увидел его первым: белый фургон с красной надписью на борту «БРАТЬЯ ЧЕТЕМ», стоящий около их террасы.
«Что еще случилось?» — спросил он сам себя, а затем подумал: это же работа! Его руки сжали рулевое колесо. Конечно! Четемам нужен новый человек на конвейер, поскольку Линк... Джону стало плохо от промелькнувшей мысли, но — плохо или хорошо — его сердце забилось от радостного предчувствия!
Лемер Четем собственной персоной сидел с Рамоной на террасе. Но, завидев приближающийся «олдс», он вскочил и подошел к перилам.
Джон остановил машину и вышел.
— Как дела, мистер Четем?
— Привет, Крикмор.
— Мы с Билли ездили отдать последний долг Линку Паттерсону. Это очень прискорбно, но, по-моему, человек не может быть слишком осторожен рядом с этими пилами. Ведь если работать быстро, надо точно знать, что делаешь. — Он поймал мрачный взгляд Рамоны и опять почувствовал прилив гнева. — Я слышал, что лесопилка временно закрылась.
— Верно. Я ждал вас, чтобы поговорить.
— Да? Ну и чем я могу вам помочь?
Холеное лицо Лемера Четема было мертвенно-бледным, а вокруг голубых глаз залегли серые круги.
— Не вы, Крикмор, — ответил он. — Я ждал вашего сына.
— Моего сына? Для чего?
Четем вынул зубочистку изо рта.
— Я хотел пойти на похороны, — сказал он, — но у меня были дела. Я послал цветы, вы, вероятно, видели их. Орхидеи. Кстати о похоронах: они — финал пребывания человека на этом свете, не правда ли?
— Я думаю, да, — согласился Джон.
— Да. — Четем перевел взгляд на поле, где очередной урожай кукурузы и бобов боролся с засухой. — Я приехал к вашей жене, и мы долго беседовали о... разных вещах. Но она сказала, чтобы я обратился к Билли. — Он снова взглянул на Джона. — Ваша жена сказала, что Билли сделает все, что нужно.
— Что? Что нужно сделать?
— Билли, — тихо произнес Четем, — мне нужно поговорить с тобой, мальчик.
— Говорите со мной, черт побери! — Лицо Джона вспыхнуло.
Голос Рамоны был мягким как холодный бриз, но вместе с тем в нем чувствовалась сила.
— Расскажите ему, — сказала она.
— Хорошо. — Четем снова принялся за зубочистку, переводя взгляд с Джона на Билли и обратно. — Хорошо, мэм, я расскажу. Перво-наперво я хочу сказать, что не верю... в привидения. — На лице Четема появилась виноватая улыбка, выдававшая его смущение. — Нет! Лемер Четем никогда не поверит в то, чего не видел. Однако мир полон суеверий, и люди верят в кроличьи лапки, демонов и... особенно в привидения. А теперь представьте себе суровых мужиков, работающих на производстве, которое, возможно — я подчеркиваю, возможно, — опасно. Да они могут быть суевернее деревенских баб. — Он издал нервный смешок, и его щеки раздулись, как у жабы. — Линк Паттерсон мертв уже три дня, и сегодня его похоронили. Но... иногда суеверия могут глубоко засесть в сознании человека и буквально глодать его. Они могут сжевать человека полностью.
— Как эта проклятая пила — Линка, — горько проговорил Джон. Все его надежды на получение работы окончательно испарились. Мало того, этот ублюдок Четем что-то хочет от Билли!
— Да. Может быть, и так. Но лесопилка теперь закрыта. Выключена.
— Тогда у вас есть шанс сделать кое-какой ремонт. Я слышал, приводные ремни и двигатели не менялись уже много лет.
— Вы правы. Но лесопилка закрыта совсем по другой причине. Она закрыта потому, что люди отказались работать. Я нанял новых. Они ушли от меня вчера через час после начала смены. Весь план летит к черту. У нас есть небольшой запас, но еще несколько дней простоя и... — Четем свистнул и провел указательным пальцем по шее, — это скажется на всем городе. Черт возьми, Готорн неотделим от лесопилки.
— Какое отношение это имеет к нам?
— Я приехал к вашей жене, зная, кто она и что в соответствии со своей репутацией может сделать...
— Убирайтесь с моей земли.