— Последние пять месяцев моей жизни — риск каждый день. Не думаю, что это плавание опаснее любого моего дня за прошедший период. Только не подведите меня, я не хочу проплыть триста километров, чтобы потом оказалось, что вас там нет, и этого требовала ситуация.
— Александр, не беспокойтесь. Я буду там, даже если для этого придётся развязать третью мировую войну.
Никитин услышал, как хмыкнул его собеседник.
— Хорошо, ждите. Если случится непредвиденное, я позвоню вам. До встречи!
Светлых отключился, а Никитин так и остался сидеть с открытым ртом. У него было полное досье на Александра, начиная с учебы в школе: это был высокий, сильный парень, но со спокойным характером, бухгалтер, выбравший тихую сидячую работу, немного стеснительный. Сейчас с ним разговаривал другой человек, закаленный и зрелый. Его поведение больше подходило на сотрудника силовых ведомств или разведчика, даже слова были краткие, емкие, никакой воды в речи.
«Что же с тобой сделала жизнь, Саша, что ты так быстро заматерел?» — подумал оперативник, глядя на экран: мерцавшая зеленым точка сменила цвет на красный.
Отключившись от собеседника, я посмотрел на Аймана, слушавшего наш разговор с открытым ртом, и переводил ему детали, пока парень наконец не понял все. Его согласие покинуть страну я получил еще во время разговора: мы оба понимали, что лишний рот не нужен никому, а возможности построить новый дом у него не будет еще долго.
Бандиты, получившие отпор и потерявшие главаря, скоро перестроятся и придут за ним. И даже наличие нескольких стволов в поселке никак не повлияет на общий расклад, рыбаки будут разбиты и покорятся. Единственным верным решением для Аймана было покинуть страну, его документы сгорели в доме, и сейчас только я мог ему помочь. После смерти Бадра, которую я переживал внутри себя, я решил, что больше по моей вине не пострадает ни один небезразличный мне человек.
Мысли вернулись к Никитину, во время разговора с ним еле сдержался, чтобы не обложить его матом: мне предлагалось самостоятельно добраться до острова в трехстах километрах. Рыбацкая лодка Аймана мало подходила для таких дальних плаваний, но выбора не было. «Спасение утопающих — дело рук самих утопающих», — в очередной раз убедился в правильности этой фразы.
Этот мудак из посольства будет себе находиться на военном корабле, а мне с парнем предстоит пересечь море, кишащее акулами и пиратами. И неизвестно, кто из них представляет большую опасность.
Дважды во время разговора с Никитиным брал минутный тайм-аут: в первый раз получил согласие Аймана покинуть Сомали вместе со мной, во второй раз спросил насчет возможности добраться до Сокотра. Если в первом случае Айман согласился сразу и без условий, удивив меня своей решимостью, второй вопрос вызвал затруднение. С его слов, так далеко он не плавал, но имел представление, где находится остров и надеялся с Божьей помощью его достичь, что, впрочем, меня мало утешило. Я больше привык полагаться на трезвый расчет и технические данные, чем на помощь свыше.
Мы двинулись в обратный путь. Следовало подготовиться к дальнему плаванию, сохраняя в секрете приготовления. По моей просьбе в поселке Айман пустил слух, что мы планируем опуститься на север вплоть до кенийского побережья и попробовать поймать голубого марлиня. Тогда наши серьезные приготовления не должны были вызывать вопросов. Айман умудрился даже достать два спасательных жилета у местного продавца, пообещав ему первому продать пойманного марлиня. Он тщательно проверил свою лодку, заправил бак топливом и умудрился достать две канистры по двадцать литров. Еду в дорогу нам обещала жена дяди Аймана, прогноз погоды, озвученный с радиоприёмника в магазинчике, обещал волнение на море не больше трех баллов.
Ночь мы провели в доме дяди парня, имя которого я не знал, потому что все называли его «шкипер». В молодости он работал на большом промысловом корабле в должности старшего помощника, пока гражданская война не лишила его корабля и работы. Когда я уже думал, что все спят, Айман легонько толкнул меня в бок:
— Алекс, можно спросить, ты не обидишься?
Ну вот, что не спится человеку? Завтра предстоит тяжелый день, встать надо в пять утра, чтобы до вечера успеть попасть на место рандеву.
— Спрашивай, — бурчу в ответ, чтобы быстрее отвязался.
— Алекс, когда я выловил тебя в море, на тебе были женские вещи под формой. Ты bugger?Только не обижайся, Алекс, что так говорю, — рыбак засопел носом, выдавая волнение.