Дал прочесть Сюзанне, она взвизгнула:
— Это здорово! Тебя наконец-то заметили.
— Для меня главное, — сказал я напыщенно, — что меня заметили вы, ваше сиятельство.
Она отмахнулась.
— Не подлизывайся. Одно дело заметили курсанты, другое — их родители. Ты же знаешь, кто таков Горчаков-старший. Тайный советник, глава Тайной Канцелярии,
Я поморщился.
— Давно нет ни Тайной Канцелярии, ни Тайной экспедиции. Сейчас это Третье Отделение, руководит им князь Орлов. А светлейший князь Горчаков руководит Имперской Канцелярией. Оттуда шажок до кресла канцлера империи. Выше поста уже не существует.
Она посмотрела с удивлением.
— Ух ты, а я думала, только драться умеешь. Надеюсь, возможности общения с Горчаковым используешь?
Я вздохнул.
— Милая графиня, я на вас не налюбуюсь. Я демократ, государственным структурам не очень-то доверяю. Даже чуточку либерал, но такой, имперский либерал.
— Это как?
— Не знаю, — сознался я, — но я за империю, только либеральную и просвещённую. На встречу, понятно, пойду, иначе Саша обидится.
Она сказала быстро:
— В город и я с тобой поеду! Мне нужно в банк, есть операции, что только лично. Да и в магазины загляну.
Я закусил губу, как быстро отвык от необходимости тащиться в автомобиле по грязной дороге,
— Ну как бы…
— А в машину к тебе сяду, — добавила она. — А то так редко общаемся!
— Ага, — сказал я, — ну да. Конечно!.. А как же. Как я рад, как я рад!
Она посмотрела с подозрением, что-то лицо моё какое-то чересчур радостное, мужчины так прикидываются, когда брешут.
Антуана решили не тревожить, ему так понравилось общаться с егерями, что и спит в казарме и упражняется с ними, освоил стрельбу из многозарядной винтовки, хотя он не под Клятвой Крови, ну да ладно, где-то утечка всё равно будет, вон Мак-Гилль строит вторую фабрику, а там в самой строгой системе секретности всё равно со временем отыщут дырку. Надеюсь, успеем выпустить первую массовую партию.
Зима уже заканчивается, но воздух ещё холодный, а со стороны озера тянет не холодом, а настоящей стужей. Сюзанна выбралась из дома, сразу поплотнее запахивая полы пальто, но в автомобиле тепло, я постарался насчёт обогрева, она даже пуховой платок сняла, обнажив прекрасные волосы цвета расплавленного золота, даже пахнуло от них приятным сухим теплом.
Я сел за руль, со своим зрением вижу дорогу отчётливо, даже если предательские ямы хитро скрыты грязными и с виду безобидными лужами, потому за всю дорогу до Санкт-Петербурга ни разу не застряли.
Уже подъезжая к столице, услышал зловещий шёпот Маты Хари:
— Шеф, за вами следят!
— Ещё бы, — ответил я, — я же такой красивый.
— Да, — согласилась она, — даже жаль, что такого красавца грохнут через полверсты.
— А чего так нескоро?
— А там дерево свалили поперёк дороги, — пояснила она. — Вам придётся выйти, тут они и догонят.
— Сколько их?
— В авто четверо, и у завала трое. Все вооружены хорошо. Стрелять уже готовы.
— Не хотят люди заниматься творческим трудом, — сказал я со вздохом. — И вообще никто созидательный труд не любит. А ещё хотим к звёздам! Зато вот разрушать, ломать и грабить…
Я вздохнул, следующий за нами автомобиль вижу давно, но, наверное, пора, нажал на педаль, добавляя скорости, тот тоже ускорился, опасаясь потерять нас из виду.
Собравшись, я, не отвечая на щебет Сюзанны, создал иллюзию огромного валуна и метнул за нами на дорогу.
Автомобиль преследователей ещё больше ускорился, явно знают про ту иллюзию, из-за которой их коллеги тогда слетели с дороги, разбили два автомобиля и сами покалечились, а валун на самом деле исчез, едва коснувшись земли.
Сюзанна вздрогнула и в божественном испуге оглянулась на грохот, треск и взвыв на дороге. Чужой автомобиль налетел на огромный валун, что торчит прямо на пути, автомобиль смяло, подбросило, перекувырнуло трижды ещё в воздухе, а дальше покатило в духе «голова-хвост-голова» вслед за нами.
— Что с ними?
Я ответил, не оборачиваясь:
— Небрежное вождение.
— Но как они… Там же такой камень! А мы проехали?
— Ваше сиятельство отвлеклись, — сообщил я. — И не обратили высокое внимание на мерзлый грунт. Вы же мелочами не интересуетесь, вы же не зря со мной сели!
Она покосилась на меня чуточку рассерженно.
— Не уверена, барон, не уверена.
Я ослабил волю, валун на дороге исчез, как и положено иллюзии, а я уже ловил взглядом далеко впереди лежащее поперёк дороги дерево.