— Это другое, — сказал я, — в управляемый аэростат поверить труднее. Но надо!
Он долго смотрел на чертёж, обвел взглядом бумаги на столе, везде рисунки аэростата, наконец повернулся ко мне, я впервые увидел сомнение на его лице.
— Если это так, почему их не начали строить в Англии, Франции?
— Почему не начали? — переспросил я. — Строят. Но не спеша. Других забот хватает, а построить большой аэростат — это не огород вскопать. А народу, даже так называемому просвещённому, это не интересно, он волнуется, что вовремя не узнает изменения в моде и ударит в грязь лицом с неверно подобранным платком на шее, когда явится на такой нужный и важный бал, без которого просто и страна не выживет!!
Он чуть поморщился, сам всегда тщательно подбирает как платок на шее, так и платочек для левого кармашка костюма.
— Ну перестань…
— Потому, — сказал я тем же тоном, — к тебе просьба, поговори с отцом насчёт перспективности постройки аэростатов именно у нас, в России. Нам нужны куда больше, чем в любой стране Европы. Я не войну имею в виду, Саша, а доставку грузов в Сибирь. И обратно.
Его лицо помрачнело, потом посмотрел на меня с подозрением во взгляде.
— Но ты сам… ты же не будешь ждать помощи от канцлера Российской Империи? Начнёшь, ты же отчаянный?
— Дирижабель, — ответил я веско, — это не чиахуа чихнул. Дорого, трудоёмко, затратно. Лучше, если это будет в руках государства, его не жалко, я патриот, но умеренный патриот. Мы проиграли Крымскую, только начав, и всё из-за технической отсталости. А эти вот аэростаты могут стать будущим всего мира! Но дело трудное и долгое. Однако надо начинать сейчас, иначе как получить преимущество? В Англии их уже строят. Но германцы опередят, гады…
Он снова посмотрел на чертёж всё ещё с недоверием, переспросил нерешительно:
— А точно ведутся работы насчёт их управляемости?
— Ещё с прошлого века, — заверил я, — когда вошли в моду монгольфьеры. Просто всё делается наощупь, потому и растянуто на века. «Не так» куда чаще, чем «так и надо».
Он покачал головой всё ещё с недоверием.
— Это господство в воздухе!.. А на какую высоту могут?
Я отмахнулся.
— Считай, на любую. Никакая пуля с земли не долетит.
Он нервно сглотнул.
— Это такое преимущество, такое…
Я напомнил:
— Ломоносов сказал «Могущество России будет прирастать Сибирью», но в Сибири пока недостаточно дорог, есть только одна, устаревшая чугунка… хотя да, там рельсы уже железные, но шпалы нужно ставить ближе одна к другой, иначе дорога быстро выйдет из строя. А на управляемых аэростатах можно лететь через болота, тайгу, горы!.. Только, Саша, поговори с отцом, но больше ни с кем, хорошо?
Он кивнул, ответил послушно:
— Хорошо, тебе виднее… Погоди, а что, это тайна? Ты же сказал, аэростаты в Европе везде делают!
— Так можно ещё сто лет делать, — пояснил я. — Вяло, медленно, с оглядкой. Но если держать в уме основные преимущества управляемых аэростатов, будем называть их дирижабелями, то нам всем нужно хвататься за них. Это огромная грузоподьёмность и дальность перелётов. Особенно из-за масштабов нашей богоносной.
— Какая?
— Дирижабель может идти неделями, — пояснил я, — в смысле, лететь. Хотя он не сколько летит, сколько двигается под влиянием… ладно, эту часть опустим. Садиться на землю ему не обязательно, достаточно причальной мачты. И места на земле не занимает.
Он кивнул, хотел что-то сказать, но я услышал довольный голос Маты Хари:
— Прибыл ваш грозный финансовый директор!
— Сюзанна, — сказал я вслух — Автомобиль Сюзанны въезжает во внутренний двор.
Он сразу оживился, сказал быстро, даже не спросив, откуда я это узнал, у всех свои тайны:
— Пойдем встретим! У меня для неё подарок!
Конечно, Горчаков кровь и плоть этого мира, никакой фантазии, точно займёт высокий пост в руководстве Российской Империи. Я смотрел как он достаёт из сумки деревянную шкатулку с затейливой резьбой по крышке, подмигнул мне, приоткрыл, показывая сокровище.
Ну да, всё ожидаемо, для Сюзанны приготовил драгоценное колье, я даже не стал спрашивать, сколько такое стоит, неприлично, но видно же, безумно дорогое.
С другой стороны, понятно же, сын светлейшего князя не может дарить простые вещи. Сюзанна, как все женщины, безумно обрадуется, как и папуасы, обожает блестящие камешки. Правда, блестящие камешки любят ещё и вороны.
Мы встретили нашего блистающего финансового директора на входе, Горчаков расшаркался обеими ногами, галантнейшим образом поцеловал её розовые с холода пальчики. Мне кажется, он просто счастлив находиться в её обществе, всё-таки парень умный и постоянно работающий над собой, а окружен красивыми и богатыми дурами, что смотрят на него вроде влюбленными глазами, как же, сын светлейшего князя, канцлера Российской Империи, завидный жених, надо расстараться, такая ценная добыча…