– Его можно купить? – спросил он, подбородком указывая на довольно цокающего Танатоса. Кажется, того давненько не выводили на подобные прогулки.
– Пожалуй, – пожал плечами Франциск. – Вряд ли нашелся другой сумасшедший, который решился к нему подойти, так что аукцион на него актуален. Но лучше дождись Аскота, а потом договаривайся о цене. Обычно они в такое время ее уменьшают. Хотя на него и так наверняка скидка.
– Аскота? – не понял Вейганд. Насчет цены он решил не уточнять – неожиданно вспомнил, что в Англси всего-то до конца лета, и Танатос вполне может повторить судьбу своей возлюбленной.
– Да, скачки. Ты разве не знал? Они обычно в июне, но в этом году перенесли. Мы все туда пойдем, так что я думал, что тебе сказали.
Франциск нахмурился, и Вейганду пришлось прикусить язык, чтобы не съязвить. Вольфганг, конечно, ничегошеньки ему не сказал. Никогда такого не было и вот опять.
– И когда они?
– Недели через две начало. Можно будет посмотреть, как постарела королева за год.
– И сделать ставку на то, какого цвета шляпку она наденет, – смешливо добавила Эмили.
– Не слышу энтузиазма в твоем голосе, – улыбнулся Вейганд.
– Я терпеть не могу Аскот. Все вечно галдят и… Ладно, мне нравится сборище, но не нравится дресс-код. Эти придурки разрешили женщинам носить брюки и угадай что?
– Рейчел забраковала тебе единственный легальный повод надеть платье?
– Бинго!
Эмили щелкнула пальцами и бездумно стукнула пятками, отчего Бахус недовольно заржал и поскакал быстрее положенного. Пришлось подгонять и Орфея. Танатос погнался сам, решив, что это состязание.
– Теперь-то ты можешь надеть что угодно, – прыгающим от ускорившегося хода голосом подбодрил Вейганд.
– Почему? – удивился Франциск. Так был увлечен визиткой своего Вилли, что совершенно позабыл обратить внимание на вид сестры вчера. Вейганд его не осуждал. Они были не в тех отношениях, чтобы всерьез заботиться друг о друге.
– Потому что у тебя нос длинный, вот почему. – Эмили состроила рожицу. – Глазей на птиц, лягушатник.
– Хочешь, я надену платье, чтобы мы оба смотрелись глупо? – предложил Вейганд, когда Франциск закончил ругаться на своем этом языке, на котором даже нецензурщина звучала мелодией.
– Во-первых, ты предлагаешь это уже второй раз, что наталкивает меня на некоторые подозрения. Во-вторых – нет, ты не можешь надеть платье. Это запрещено. Глупые цилиндры – пожалуйста. А с кутюр от Вивьен Вествуд – только на выход и никак иначе.
– Настоящий сексизм. Я соберу митинг под стенами Виндзорского дворца.
Эмили негромко хохотнула и с готовностью отбила ему кулак. Вейганд похлопал по шее заржавшего Танатоса. Кажется, идея митинга пришлась ему по вкусу.
– Бабушка наверняка оформит билеты в Королевскую ложу, – задумчиво проговорила Эмили после, перебирая гриву перешедшего обратно на тихий шаг Бахуса. – Ну, или будем ютиться под крылышком королевы Анны. Но мне больше интересно, как они тебя подпишут.
– Подпишут? – Вейганд удивленно вскинул бровь.
– Да, там все носят именные значки, кроме королевы. Даже принц Уильям. Вот мне и интересно… Ты все еще будешь сэром Штурцем или все же они снизойдут до «наш замечательный племянник Вейганд».
– Лучше уж «тот придурок из Германии». Больше подходит. – Он широко улыбнулся и недолго помолчал в нерешительности. – А мы прям правда сможем увидеть этих… ну, из семьи? Которые такие махают на балконе и все такое?
– Ага, – включился Франциск, и горящие глаза его дали понять, что момента этого он ждал с самого начала разговора. – Эмили, например, в прошлый раз неплохо пообщалась с принцем Гарри.
– Если бы я знала, что он женится на той стерве, Меган Маркл, то руки бы ему не пожала. Какая мерзость. Мало того, что простолюдинка, так еще и… американка.
Эмили так карикатурно скривилась на последнем слове, что пришлось сдерживать смешок. Танатос опять заржал, соглашаясь и с этим. Американцы ему определенно не нравились. Вейганд же решил не говорить, что слова Эмили больно уж походили на риторику Рейчел.