– В кабинете?
– В комнате. Мы потом об этом поговорим, – оборвал Вольфганг и быстрым движением спрятал телефон в нагрудный карман домашнего пиджака.
– Это не тайна, Вольф. – Рейчел недобро ухмыльнулась. – Да и мальчику полезно будет услышать, насколько коварен его добрый дядюшка.
– Рейчел, ты не можешь обвинять Рональда. Мы еще ничего не знаем. Может, это вообще недоразумение. Подождем, пока Ховард разберется.
– Он наверняка найдет крайнего, и настоящий виновник окажется в стороне.
– Мы правда будем выяснять это при прислуге? – Освин нервно оглянулся на ряд лакеев и пренебрежительно ткнул пальцем в Вейганда. – И нем?
– А чего ты так нервничаешь? – пьяно протянул Фредерик и крепко схватил брата за шею, точно хотел то ли обнять, то ли удушить. – И глазки у тебя бегают, как у свинки на скотобойне… Ну-ка, Освин, может, это не Рональд вовсе, а ты?
– Я?! Да какой мне… А чего ты вообще на меня накинулся, а? Это наверняка ты. Захотел отомстить за ту сценку со своей дрянной банкой? Ты бессовестный человек, Фред!
Он едва сумел вырваться и стал тяжело дышать. Мелкие глазки на его красном лице и впрямь подозрительно забегали. Впавший в ступор Вейганд мог только головой вертеть, чтобы не упустить и секунды этого мексиканского сериала.
– Больно мне надо ее сраный сад трогать! А знаешь, кому надо? Ей! Яд – оружие женщин. Это она!
Фредерик оскорбленно нахохлился и ткнул в сторону Рейчел. Та и бровью не повела, и горделивый вид ее тут же выиграл на сотню очков у этих лающий дворовых псов. Дождавшись, пока все взгляды присутствующих, включая притихшую прислугу, будут обращены к ней, она почти промурлыкала:
– Яд и впрямь больше предпочитают женщины, но не в моем случае. Не сейчас, по крайней мере. Будь моя воля, с садом бы я обошлась куда изящнее. Да и неужели ты считаешь меня настолько глупой, чтобы подставлять Рональда так банально? Брось, это наверняка он. Он всю жизнь был трусом, и я с легкостью поверю, что так он захотел скостить срок нашего здесь пребывания.
– А может, это я? – заполнил образовавшуюся тишину Вольфганг и расплылся жизнерадостной улыбке, от которой лицо его сделалось моложе лет эдак на пятнадцать.
– Да-да, Вольф. – Послышалось единодушное веселое фырканье. Освин смешливо покачал головой и отмахнулся. – Можешь сказать об этом Ховарду, пока он еще не перевернул вверх дном дом. Думаю, он рассмеется тебе прямо в лицо.
– Мне почти обидно, что я не участвую в вашей грызне.
Вольфганг, казалось, ничуть не оскорбился, продолжая потягивать вино из крупного бокала. Вейганд глядел на него так, будто он только что прошел через полыхающее здание: ни единой царапины, а в глазах черти беснуются. Он был почти горд, что этот человек – его отец.
– Зато у тебя есть неплохая игрушка. А нагоняев от матери получаем все равно в равном количестве.
Фредерик широко улыбнулся и тут же отвесил шутовской поклон посерьезневшему Вейганду. Тот только покачал головой. Чего взять с клоуна. Уже скоро он…
Черт! Вейганд едва не ударился бедром о стол. Если он правильно понял, Моргане стало плохо, а значит документы она не… Еще раз черт!
Былая радость от удачной пакости полностью потонула в потоке злости и разочарования. Он чуть ли не задницу порвал, пока пытался все это провернуть, а в итоге споткнулся о собственную же ногу!.. Слишком злая ирония.
Вейганд посмотрел на пустующее место рядом с троном Морганы. Где носит Кору? Неужели ее тоже позвали держать руку умирающей от горя старухи? Вейганд немного остыл после той ссоры, и теперь вид пустого стула навевал на него тоску. Кора всегда поднимала ему настроение, даже если просто сидела рядом.
– Можете подавать еду, – послышался громовой голос откуда-то из коридора. В этот раз Вейганд не приподнимался. Знал, что это Ховард.
Смотрелся тот вовсе не так, как полагается дворецкому: накрахмаленный пиджак отсутствовал, рубашка была закатана до локтей, ворот расстегнут, волосы не в идеальной укладке. В иной момент подумалось бы, что из спальни Морганы он выходил совершенно по другой причине, но угрюмый вид выплывшего из-за его спины Франциска полностью стирал забавность этой шутки.
Видно, дело было совсем плохо. Однако стыда Вейганд не ощущал. Что бы там ни было, старуха этого с лихвой заслужила.