Она кивнула на дорогой футляр сбоку от блоков стикеров. Уже настоящих, а не имитирующих коробку. Фредерик как всегда перестраховался. Помимо них в контейнер был свален всякий мусор вроде латунного кольца, неисписанных блокнотов, других ручек и фотографий каких-то людей. Только на одной Вейганд сумел рассмотреть знакомое лицо – Роберт, положив руку брату на плечо, радостно улыбался в камеру, пока рядом смущенно стояла Кора. Еще такая молодая, похожая на ребенка с не сошедшей юношеской мягкостью лица, она опасливо опустила плечи и, казалось, так и норовила выйти из кадра. Но вряд ли цепкая хватка Роберта на запястье дала бы ей это сделать.
Вейганд поморщился и спешно отвел взгляд. И тут же внимание его привлекла она – лакированная, черная, похожая на игрушечную и такая до боли знакомая. Шкатулка. Та самая, что умещалась на ладони. Та самая, где лежал ключ от тайника. У Вейганда аж в груди екнуло.
– Я могу взять ее? – выпалил он, еще сам не понимая, что говорит. – Ховард ведь не заметит?
– Бери, конечно. – Прия недоуменно хмыкнула, но вопрос при себе сдержала. – Не думаю, что ему есть дело до какой-то шкатулки.
И Вейганд ее забрал. Такую манящую, колющую пальцы старыми, заскорузлыми воспоминаниями. Такую… ироничную. Он не смог подобрать другого слова, когда снова возвращался в комнату, чтобы переложить в нее новое сокровище. Новое доказательство. Только в отличие от Фредерика он сам собирался им однажды воспользоваться.
Смоляной цветок с еще влажными сердцевинами лепестков прекрасно смотрелся на подбитом красным бархатом дереве. Вейганд окинул его внимательным взглядом, улыбнулся ускоряющим сердцебиение воспоминаниям и аккуратно захлопнул крышку.
Прогулка по саду немного, но помогла собраться с мыслями. Вейганд напомнил себе, что пережил «переговоры» с Бирмингемом, дуло пистолета которого в любую секунду могло оказаться у него между глаз. Пережил несколько вылазок через могильник. Пережил покушение, в конце концов. Какой-то там свинтус с гомо-педофильскими наклонностями не мог перещеголять все это за раз.
Да и на подробный план Вейганд решил не растрачиваться. Во-первых, у него никогда не получалось выстроить его полностью. Во-вторых, это могло заставить его сомневаться. А именно этого он и опасался больше всего.
Он столкнулся с Освином на подходе к замку. Идиот пропускал стаканчик чего-то крепкого на балконе, наслаждаясь видом леса, и едва не просверлил в Вейганде дыру, когда тот показался на лестнице. Хотелось поддеть, но он прикусил язык и только нарочито вежливо улыбнулся, проходя в гостиную.
Уже оттуда, сделав вид, что увлечен перевернутой вверх ногами книгой, Вейганд отправился следом за Освином в коридор. Хорошо, что он решил не плутать по замку в послеобеденном безделье, а сразу шмыгнул, воровато оглядевшись по сторонам, к себе в стойло. Еще несколько часов промедления Вейганд бы не выдержал.
Он быстро зашел к себе, отыскал запрятанные документы и, на всякий случай перекрестившись, шагнул обратно. И тут же, заставляя сердце глухо заклокотать в горле, его схватили под локоть.
Освин был за его спиной. Да, точно, боров выследил его, узнал о намерениях и теперь собирался придушить прямо в коридоре. Вейганд зажмурился до боли, чтобы привести себя в чувство, и сжал кулак, готовый припомнить все когда-либо прочитанные пособия по самообороне.
– Вейганд, – Вольфганг тряхнул его за плечи, и пелена страха спала, – что это?
Он потряс папкой. Кажется, Вейганд выронил ее, когда вздрагивал от ужаса. Сделалось обидно. Иногда он забывал, что тот крутой мститель – все же маска, а не истинное его нутро.
– Ты шел к Освину? – тихо уточнил Вольфганг, быстро пробегаясь по тексту Вилли взглядом. – Боже… Все еще хуже, чем я думал.
Он горестно цокнул, выпрямился, как заслышавший шум сурикат, быстро оглядел дальнюю дверь и, снова тряхнув сына за плечи, не подразумевающим возражений тоном сказал:
– Стой здесь. Ты никуда не идешь.
– Но…
– Стой здесь, Вейганд!
Он сжал челюсти, и лицо его сделалось квадратным. Вейганд невольно отступил. До него медленно начинало доходить, что ему сейчас неимоверно повезло.