В самом деле французский он понимал из-за очень давно жившей по соседству женщины, которой вечно сбагривала его Рея, чтобы не нянчиться самой. Она была то ли коренной француженкой, то ли просто учительницей… значения это не имело, потому что так или иначе она вечно, будто издевалась, разговаривала с Вейгандом исключительно на этом языке. Но это фундамент. После, когда только увлекся футболом, он рьяно болел за «ПСЖ» и на этом фоне взялся учиться. Так что база у него была совершенно крохотная и, как и прогулянный английский, за жизнь пригодилась лишь раз – сегодня.
– А ты… откуда здесь? – с плохо скрываемым интересом спросил Франциск, стоило представиться в ответ.
– Тоже с отцом приехал, – уклончиво ответил Вейганд, хитро наблюдая за меняющимся выражением его лица.
– С отцом?
– Да, с Вольфгангом.
Франциск в шоке округлил глаза и опустился в кресло. Вейганд украдкой лукаво улыбнулся и, положив книгу на диван, уселся рядом, готовый тут же сделаться мягким и аккуратным, если Франциск снова вздыбиться.
– Ты… что? У него нет сыновей. Только дочери. Я же… я знаком с ними, они никогда не упоминали о тебе.
– Звучит обидно, – хохотнул Вейганд, но тут же вернул нужную маску. – Я сам только вчера узнал. Вольфганг просто приехал, забрал меня и… вот он я. Жду, пока в вашем бесконечном замке отыщется хотя бы каморка для бедного бастарда. Надеюсь, не под лестницей.
– Она такая большая, что под ней влезло бы и две каморки, не переживай. – Франциск смущенно улыбнулся, подбирая книгу к отчетливо очерченному под жилетом животу. – И прости, что я так удивился. Это было неприлично.
Вейганд отмахнулся, все косо поглядывая в зал в ожидании то ли дворецкого, то ли рыжей незнакомки. Ей ведь наверняка бы пришлось пройти здесь, чтобы выйти из сада… И Вейганду бы хватило увидеть ее отсюда, с диванов, чтобы унять любопытство.
– Ты уже познакомился с Эмили? – заговорил Франциск, так и не найдя ничего интересного по направлению его взгляда.
– С кем?
– Это моя… ну, наша кузина. Она приехала с Рейчел. А Рейчел – это…
– Стервозная красотка. С ней я уже столкнулся.
Вейганд мечтательно улыбнулся и прикрыл глаза, чтобы получше вглядеться во вспыхнувший под веками образ Рейчел. Франциск аж подпрыгнул на месте.
– Красотка? Она показалась тебе… красивой? Она?
– Да, а отчего нет? Она вполне элегантная и… знаешь, внушительная. Всяко получше девочек-цветочниц.
– Девочки-цветочницы милые, – настоял Франциск, забавно краснея. – А если еще светловолосые или с мягкими чертами лица… Мне нравится, как они сочетаются со всем на них похожим – с воздушным и летним. На картинах особенно…
– А эта Эмили на них похожа?
Вейганд постарался не улыбнуться. Недавнее предположение о гомосексуальности Франциска пришлось отложить. Не убрать. Так, попридержать до лучших времен, скажем. Не то чтобы его или чья-либо вообще ориентация давала Вейганду что-то важное, конечно, но любая информация на первых порах полезна.
– Нет. Ну… не совсем. Она выглядит милой, но когда рот открывает… Ужас. Вылитая Рейчел. Хотя тебе, видимо, понравится.
– Не обижайся, что я не разделил твой вкус на женщин.
Вейганд на пробу похлопал его по тыльной стороне ладони. Франциск не отпрянул, что сочлось за маленькую победу. Семечко будущего приятельство было посажено.
– Пожалуй, подобное притягивает подобное, – продолжил Вейганд. – Ты ищешь кого-то милого, а я себе под стать – змею.
– Ты не похож на змею. Змеи сразу кусаются.
Франциск вновь смущенно улыбнулся и тоже в свою очередь неловко потрепал его по выглядывающему из-под рукава кожанки бордовому манжету. Вейганд беззлобно усмехнулся, заметив в его глазах огонек интереса. Ему определенно нравилось, как он выглядел. А еще, пожалуй, в любой другой ситуации они бы сошли за главных героев посредственной книжонки о хорошем мальчике и плохом парне.
– Не все. Удав сначала медленно душит жертву, а только потом ест.
Его ухмылка превратилась в хитрый оскал, а взгляд характерно потемнел. Франциск весело отмахнулся и уже хотел завести новый разговор, как в зале мелькнула тень, и пришлось в срочном порядке прятать книгу. Вейганд, бросив играться, тоже на всякий случай лениво выпрямился.
– О, хорошо, что вы не успели уйти.
Ненадолго вспыхнувшая надежда тут же погасла, стоило в проходе нарисоваться едва не ушедшему в парк Ховарду. Он подозрительно нервно улыбался, а взгляд его то и дело спешил сравняться с полом. Вейганд сомневался, что такая реакция могла быть вызвана одним лишь его приездом, так что скорее всего во время его недолгой прогулки случилось что-то еще.