Вейганд хотел возразить, что тому дела нет даже до беспрестанно щебечущей Рейчел, не то что до них. И в ту же секунду, словно желая опровергнуть его суждения, усач уселся на корточки перед тумбочкой и лениво бросил бокал в полупрозрачный пакет для улик.
– На всякий случай, леди Грипгор. Если не возьму, начальство…
Голос его, скрипучий и усталый, погас в дверном хлопке. Разобравшийся с кубиками Лео тут же подскочил к Вейганду, требуя забрать себя на руки. А Кора, беззаботно лавируя меж разбросанных игрушек, отправилась за оставленным на постели телефоном.
– Я уезжаю, – повторил Вейганд, и в голосе его как назло просквозила доселе тщательно скрываемая обида. – Завтра. В Европу. Навсегда.
В последнем он не был уверен, но саспенса нагнать хотелось. Лео удивленно воскликнул и обернулся на мать, ожидая ответа с таким же нетерпением, как и Вейганд.
– Я же обещала подумать, – ответила она, пожимая плечами.
– Некогда! Ты… Кора. Скажи, если не хочешь. Лучше сразу, чем…
Он замолк. Перед глазами явственно встало лицо Реи, но он быстро его отогнал. Это был не такой случай. Ему стоило прекратить мерять всех по этой стерве.
– Надо закончить дела, – ответила наконец Кора. – Я приеду, как только… все утрясется. Иначе все зря – выходит, мы просто помогли сам-знаешь-кому.
– Волан-де-Морту? – обескураженно протянул Лео, плотнее прижимаясь к Вейганду.
Тот прыснул вслед за Корой. Былое напряжение, казалось, лопнуло, как шарик от соприкосновения с иголкой. Лео заворочался на руках и, так и не дождавшись пояснений, заговорил вновь:
– А куда мы едем?
Вейганд на мгновение завис. Он мог объяснить в глобальном смысле, в общих чертах, но что до подробностей… И впрямь, куда они ехали? В ту однокомнатную квартиру, что снял ему Вольфганг? На первое время неплохо, но ребенку – а вскоре и двум – нужно собственное пространство. И с прилагающимся к титулу наследством организовать его не составит труда…
– Домой, – нашелся наконец Вейганд, усаживая Лео к себе на колени. Довольная ответом Кора отправилась собирать разбросанные игрушки. – Ко мне домой.
– А разве не тут твой дом? – удивился Лео.
– Нет, здесь я просто гостил.
– А остаться не можешь?
– Не могу. – Вейганд помолчал. – Не переживай, тебе там понравится. Помнишь, мы ездили на ярмарку? Там сможем хоть каждый день ходить на такие. И… может, ты кое с кем подружишься.
– С кем?
– С Юргеном. Это… мой сын. Он немногим старше тебя.
Вейганд потупился, не зная, как продолжить. Кора ненадолго отвлеклась от уборки и подбадривающе ему улыбнулась. А Лео так и остался глядеть на них обоих, раззявив рот.
– Поэтому тебе надо уехать? – догадался он. Голос его звучал удивительно спокойно. – К нему?
Вейганд кивнул. Кора присела рядом на корточки, беря сына за руку. Тот важно покачал головой и вынес наконец вердикт:
– Тогда поедем.
И, расплывшись в обаятельной беззубой улыбке, прибавил, обращаясь к матери:
– А можно я подарю ему что-то из игрушек?
– Конечно, милый.
Кора облегченно выдохнула и улыбнулась в ответ, крепче сжимая его крохотную ладошку. Взгляд ее искрящихся нежностью глаз метнулся к смущенному Вейганду, и щеки его покраснели еще больше. Лео же, радостно соскочив с колен, добрался до только сложенных игрушек и с интересом стал расспрашивать, что именно из них придется Юргену по вкусу. А после, когда выбор его остановился на крупном плюшевом далматинце, обратился к Вейганду с заветным:
– А если он твой сын… Можно я тогда буду называть его братом?
И пусть Кора пошутила, что делать ему это хочется по причине сложности имени Юргена, Вейганд был готов умереть от разрыва сердца прямо на месте. Мысль о том, что после всех лишений у него в конце концов появится настоящая, полноценная во всех смыслах семья, полностью затмила собою черноту вчерашней ночи и переживания сегодняшнего дня. И потому, когда Кора предложила вновь переночевать здесь, в их комнате, ставшей островком спокойствия в бушующем море, чтобы лишний раз не высовывать носа в окончательно сошедший с ума замок, Вейганд и не подумал отказаться.
36
На следующее утро его тоже разбудили. Правда, в этот раз гораздо приятней. Кора, легко касаясь теплыми пальцами его предплечий, оставила короткий поцелуй прямо за ухом и тихо проговорила что-то про гостиную. Вейганд не очень понял, но противостоять не смог.