– Ты был у меня, – отчеканила она, снова щелкнув его по лицу, чтобы не отключался. – Весь вечер. Всю ночь. Никуда не выходил. Ясно? Так и скажи Гранту.
– Но если…
– Днем ты был со мной, – раздалось со стороны окна. – Если спросит и про день, скажи, что ты помогал мне с выкройками.
Эмили вперила ему серьезный взгляд прямо в глаза. Вейганд замер, всматриваясь в ее подобравшуюся, заострившуюся по углам фигуру. Сейчас Эмили очень походила на свою мать, однако и преимущество над ней имела колоссальное. В ней наконец отыскалось то, что Рейчел не смогла найти за долгие годы. Желание и силы бороться за семью.
– Не знаю, важно ли это, – полушепотом проговорил Франциск, вертя в руках кружку. – Но можешь сказать, что утром помогал мне с рисунком. Если ему вдруг придет в голову спросить и об этом.
Так они и обеспечили друг другу алиби. Кора согласилась, что утром была с Эмили – они обсуждали недавний показ «Диор» в ее комнате. Эмили же припомнила, что вечером разговаривала с Франциском насчет урока Вейганда. А тот с самого полудня, вообще-то, помогал Коре с Лео.
Вейганд не знал, имело ли это смысл, но ему стало легче. Теперь, если он упадет, за спиной его окажутся мягкие перины, а не сплошной асфальт. И все было что-то еще, что он упустил…
Вейганд сунул руку в карман. Повязанный на веревку амулет на запястье зацепился за цепочку на ремне и, соскочив, отлетел прямо Франциску под ноги. Не успел Вейганд и шагу сделать, как тот наклонился, и в его пальцах блеснула серебряная ладонь.
– Прия… – одними губами произнес Вейганд, чувствуя уже знакомые завихрения волнения внутри.
– Что?..
Не успела поморщившаяся Кора закончить, как Вейганд уже сорвался с места. Как мог раньше не понять? Ответ пришел к нему с самого начала. Не попасться – задача посредственная. Истинная же его миссия – сделать все, чтобы подумали на другого. И это ему удавалось прекрасно.
Он уже украл документы, оставалось их только подложить. Он уже сделал фотографии, теперь стоило бросить их Освину в лицо. Он уже собрал яд, нужно было лишь…
– Прия!
Запыхавшийся Вейганд схватил ее за руки, припечатывая к стене. Тяжелая штора алькова качнулась и отрезала их от коридора ровно в тот момент, когда дверь гостиной отварилась, и Грант позвал следующего.
– Что?
Прия отчего-то хихикнула, хотя ситуация располагала явно не к этому. Смуглое лицо ее спряталось за выпавшими из хвоста прядками, и Вейганду пришлось убирать волосы за уши, чтобы поглядеть наконец в блестящие в полутьме глаза. Следом он, еще не успев отдышаться, уже открыл рот, как в губы ему впечатались неуверенным поцелуем.
Только выстроившийся порядок мыслей рассыпался. Вейганд замер истуканом, и взгляд его снова сделался рыбьим. Глупо, но испугался он не меньше, чем от опасности быть упеченным за решетку.
Медленно, чтобы не обижать Прию, он отодвинул ее за плечи и снова прислонил к стене. Бедная девушка вцепилась ему в запястья, ожидая продолжения, но Вейганд сказал совершенно иное:
– Я был там. Был у Рональда, Прия. Нужно сказать полиции.
Наполненный туманом взгляд ее прояснился. И тут уже Вейганд, не давая ей опомниться, прильнул в коротком, сухом поцелуе. Перед глазами тут же возникло лицо Коры, но Вейганд постарался сосредоточиться на внешнем мире. Его и без того выворачивало наизнанку от неясных, перемешанных меж собой чувств.
Было ощущение, будто весь тот сад, что был в нем, сделался единым кустом, где росли и черные розы волнения, и крупные грозди гнева, и вился плющ страха. Вейганд не знал, как ему реагировать, но зато знал, что делал. И пока что его это устраивало. А с эмоциями можно и на пенсии разобраться.
– Сказать? – пролепетала Прия, когда он снова отстранился.
– Да. Лучше так, самому. Не скажу, а они узнают, и тогда… Вдруг они подумают, что я не сказал, потому что причастен.
Вейганд поглядел на нее с таким испугом, что у Прии екнуло сердце. Вейганд был готов поспорить, что екнуло. А потому едва не улыбнулся, когда она спохватилась:
– Но если ты скажешь, Вейганд, они будут в этом уверены. Ты же последний, кто видел его.
– Да. – Он остервенело кивнул. – Именно поэтому это важно.
Она замерла. Вейганд внимательно, цепко, как охотник за добычей, следил за ее меняющимся выражением лица. Вот она в шоке, вот его сменяет эйфория от поцелуя, а вот до нее уже доходит. Еще немного, и нужная мысль вылетит из общего потока…