После внимание его привлек двор – только позеленевший в этом неожиданно опустившемся обеденном мареве, полностью вытеснившим английскую хмурость и серость, он показался ему совершенно новым. Из памяти будто вынули картину приезда сюда, и теперь Вейганд, взаправду позабывший о жизни вне замка, глядел на уходящие вниз крутые лестницы, как козел на новые ворота.
– Выглядишь… блестяще.
Стоящий внизу Франциск коротко рассмеялся и тут же помахал рукой, чтобы Вейганд смог заметить его бежевый джемпер на фоне таких же стен. В ответ проскользнула непрошенная короткая улыбка.
– Преподавательница по пленэру называла это новогодней елкой.
Вейганд растопырил руки и, тихо бренча, шутливо повертелся на месте. Солнце охотно цеплялось лучами за каждое крохотное звено, и он блестел, как вампир из книжек для девочек-подростков. А после, уловив перемешанную с восхищением зависть в черных глазах, споро спустился по ступеням, отцепил две булавки от подола и без какого-либо сопротивления водрузил их на ворот светлой рубашки.
– Не забудь расщелкнуть хотя бы одну булавку, когда будешь раздеваться, – ухмыльнулся Вейганд, быстро хлопая замявшегося Франциска по плечу, – а то задушишься ненароком.
– С-спасибо. Наверное. Я же не выгляжу с ней глупо?
Франциск забавно покраснел и клюнул носом, стараясь лучше разглядеть болтающуюся меж воротника цепочку. Вейганд недоуменно поднял брови.
– Глупо ты выглядишь в джемпере в такую жару, а цепочка нормально смотрится. Извини. Но мне прямо глядеть на тебя жарко.
– Ощущается не лучше.
Франциск обиженно поджал губы. Шутить тут же расхотелось. Вейганд и сам выглядел не очень-то по-летнему с этими бинтами и чернотой, но хотя бы додумался нацепить шорты и кроссовки вместо брюк и тяжеловесных ботинок.
– Так сними.
– Не могу.
– Дворцовый регламент подразумевает мгновенный расстрел за несоблюдение дресс-кода?
Вейганд вновь поднял брови. Разом посмурневший Франциск же поглядел на него так, точно причина была совершенно очевидной.
– Ладно, правил не знаю и не лезу, – спасовал Вейганд, решив уточнениями не портить ему настроение еще больше. – Лучше скажи, мы пешком пойдем или как? Не подумай, поля здесь красивые, но с моей выносливостью мы сляжем метров через пятьсот.
– Нет, я вызвал водителя. Надо было раньше, но я поздно спохватился, теперь вот ждать придется.
Вейганд кивнул. Он и забыл, что здесь еще и такие есть. Интересно, а машину-то хоть кто-то из Грипгоров водить сам умеет? Ладно готовка, уборка и иже с ними, но это… Он в свои годы так хотел хотя бы приобщиться к вождению, что без какой-либо задней мысли залез в старый бронетранспортер на экскурсии. А у этих возможностей явно побольше было. Глупо не воспользоваться.
Стоило подумать о вождении, как где-то далеко зверем зарокотал мотор. Вейганд ожидал увидеть мерседес или что-то такое же одновременно пижонское и легкое, а потому снова на мгновение ослеп, когда солнце будто нарочито подсветило Нику на радиаторе, отражающем удивительно синее для Англии небо.
– Ты ведь сказал им, что мы едем за красками, а не к королеве, да? – смешливо уточнил Вейганд.
– Они бы пригнали такую машину, даже если бы мне нужно было съездить за жвачкой. Отец настоял.
– Ну ладно, ваше графское высочество. Не мне после местных полей новую подвеску за стоимость человеческой почки покупать.
– Титул графа все еще у отца. Я виконт.
Под безобидное цоканье Франциска Вейганд отвесил неуклюжий книксен и с неожиданно обнаружившейся прытью зашагал к машине. Он мог сколько угодно ворчать, что в здешних местах красоваться можно только перед овцами и фермерами, но это не отнимало у момента того присущего Вейганду секундного восторга. Сияющий идеальной полировкой «Роллс-Ройс» в летнем оранжево-желтом киношном мареве выглядел просто великолепно. Настолько, что тут же захотелось облапать его от капота до багажника, чтобы хотя бы отпечатками своими сбить эту утрированную идеальность.
– А у всех виконтов такая тачка? Если да, я требую титул.
– Становись в очередь, – донеслось с лестницы.