Ключ от его комнаты тоже был – прятался вверху под затертой надписью «маркиз А.» Дубликат для горничных. Они не станут им пользоваться, если запретить убираться вне ведома. Как сделал Фредерик, чей ключ висел под соответствующей надписью.
Вейганд поглядел на распластанный по ладони ключ. После на доску. Снова на ключ и снова на доску. Поднял руку. Приложил свой ключ сначала к первому попавшемуся, а после к ключу Фредерика. Идентичны. В таком свете – абсолютно идентичны. Даже днем здесь не будет достаточно солнца, чтобы заметить различия.
Пальцы сделали все сами – с такой скоростью, что он и обдумать ничего не успел.
Вейганд сунул ключ обратно в карман. К Фредерику не ходят без разрешения. Никто не узнает, что теперь под его подписью висит ключ от совершенно другой комнаты.
Вейганд выдохнул. Он думал, что пульс пробьет ему виски, но пиво сделало свое дело – он даже нервной дрожи не ощутил. Снова щелкнул выключатель. Нужно было поскорей скрыться с места преступления.
Прия как раз вовремя высунулась из арки склада и с игривой улыбкой продемонстрировала две заманчивые бутылки.
– Кажется, сэр Грипгор просил шардоне и пино-нуар, так?
– Какая отвратительная халатность! Вообще-то, в списке был еще и мальбек.
Прия театрально ахнула, неуклюже поклонилась и, всучив Вейганду бутылки, отправила на поиски недостающей части заказа. Вряд ли они столько выпьют, но в благодарность за пиво хотелось оставить новую заначку.
– Я там доску с ключами видел, – тихо, чтобы слова эхом не дребезжали от стен, проговорил Вейганд после, когда они вместе шли до комнаты. – Вам их что, как в фильмах по одному выдают или вроде того?
– Раньше, говорят, Анхела или Ховард выдавали, а сейчас всем плевать. Схватила и пошла убирать, нечего церемониться. Дел и так дохрена, особенно теперь.
– Особенно теперь? Это из-за приезда всей семьи?
– Не только. Сейчас же летний период, тут балов будет – не оберешься. А этот придурок Джо, что б его, заболел прям перед грядущим. – Прия цокнула и болезненно поморщилась. – Мне два часа пришлось таскать ящик со сраной отравой для плюща, потому что он, видите ли, решил гульнуть со своей подружкой под дождем и – как неожиданно! – слег с ангиной. Кретин.
Отрава… звучало отлично. Даже маняще. Как вкус игристого вина на корне языка. Вот бы неловко вышло, перепутай кто-нибудь эту отраву с водой в автоматическом поливе для любимого сада Морганы.
Вейганд мечтательно причмокнул. Да, очень, очень жаль… И все же в словах Прии была и другая часть, заинтересовавшая его куда больше.
– Подожди… балов?
– Ну да. Аристократы же чокнутые, забыл? Любят собираться на всяких штуках вроде скачек или вечеринок друг друга. А еще любят громкие словечки типа «бал» и «прием». Звучит куда лучше, чем «попойка» и «перетирание костей всей сворой». Моргана тоже таким увлекается – две летних встречи из десяти проходят здесь. Хорошо, что габариты дома не позволяют остаться на ночь. Я б умерла за этими придурками комнаты драить.
Прия усмехнулась и плюхнулась на кровать, вытягивая наверняка гудящие после дневной беготни ноги. Вейганд аккуратно примостился с краю и стал возиться с пробкой. Прия благоразумно прихватила штопор, однако и с ним дело достаточно долго шло туговато.
– Знаешь, – проговорила Прия, когда Вейганд стал разливать по бокалам вино, – мы с тобой сейчас как Рональд.
– Хитростью воруем провизию?
– Зарабатываем цирроз. – Она смешливо отмахнулась. – Он пьет, вот я о чем. Мне каждый божий день приходится таскать ему тяжеленный поднос с бренди. Ритуал у него, видите ли. В десять сраных вечера. А мой рабочий день заканчивается в шесть, чтоб ты знал.
Он поддакнул для вида и приложился к бокалу. Ключ от чужой комнаты все еще горел в кармане, а на плече вовсе не легким грузом висела Прия, но Вейганд постепенно расслаблялся. Этот день его утомил.
С улицы доносились стук дождя и плеск воды, медленно собирающейся в гигантские лужи, желтый свет навевал дрему, а мерное дыхание Прии, вскоре окончательно провалившейся в сон, походило на метроном. Вейганд прикрыл глаза лишь на секунду, любовно поглаживая бортик бокала.
Секунда завершилась болезненным жжением в пальце. Вейганд вздрогнул и тут же вскочил, обнаружив у себя на коже жирного клопа. Остатки вина из бокала расплескались по полу и стали похожи на кровавую лужу. Клоп, лишившись ужина, спокойно пополз к Прие.