Вейганд помог Эмили дойти до машины без эксцессов, пока сзади плелся жалующийся на слабость в ногах Франциск. Минутой ранее он зарекся когда-либо с ними ездить в подобные места, но уже в салоне пытался взять с Вейганда обещание повторить вылазку.
– Но без алкоголя, – добавил он, важно оттопырив указательный палец. – По крайней мере не в ближайшие два года.
– Если доживу – обязательно смотаемся еще, – кивнул Вейганд и чуть пододвинулся, чтобы улегшейся на него Эмили было удобно.
Он очень надеялся, что родительской безалаберности Рейчел хватило на то, чтобы лечь спать без полуночных ожиданий дочери. Им с Франциском еще предстояло довести ее до комнаты, а слушать бесполезные (в таком состоянии – уж тем более) нотации вовсе не хотелось. Насчет Рональда он не переживал – Франциск отзвонился ему еще перед алкогольной феерией. В неведении оставался один лишь Вольфганг, но Вейганда это мало заботило.
Замок выглядел до жути мрачно в ночи. Вейганд даже оступился на лестнице, когда затуманенный небольшой долей выпивки взгляд его различил хтоническую рожу в одном из чернеющих окон. От наваждения спасла Эмили, едва ничком не свалившаяся на ступени от его промедления.
Сзади рыкнул мотор, заглушая тихую ругань водителя, просидевшего половину ночи на парковке, а следом тяжело ухнула входная дверь. Вейганд приготовился шарить по карманам телефон, чтобы хоть немного подсветить дорогу, но с удивлением обнаружил, что по разным сторонам тусклым желтым светом горят абажурные лампочки. Не успел он найти этому объяснений, как по коридору послышались торопливые шаги, а от стен отрикошетили нервные перешептывания на испанском.
Вейганд аккуратно уложил бормочущую что-то про текилу Эмили в библиотечное кресло и оттеснил вцепившегося ему в руку Франциска за спину, точно впереди их поджидала смертельная опасность. И пусть для кое-кого в замке вынырнувшая из жилой части Анхела таковой и была, их опасения не оправдались.
Экономка заметила их в последний момент, когда следом за ней вышел не менее встревоженный Ховард, так что Вейганд только чудом успел прикусить язык, чтобы не выдать глупую пьяную шутку. На несколько секунд воцарилась гробовая тишина, а потом дворецкий сказал:
– Полагаю, стоит включить в завтрак таблетки от головной боли.
– И минералку, – кивнул Вейганд. – И лучше не в завтрак, а сейчас. Принесите в комнату Эмили. Если… не заняты.
Он еще раз окинул настороженным взглядом переполошенную прислугу и натянул кривую улыбку. Анхела что-то пробормотала, вежливо кивнула и вновь исчезла в коридоре. Ховард спешно пошел выполнять просьбу, и только тогда, когда он проходил мимо, Вейганд отметил неестественную бледность его лица. Франциск молча потянул его за рукав в сторону экономки.
Комната Эмили на удачу оказалась незапертой. Франциск нашарил по стенам выключатель, и Вейганд на пару с Эмили недовольно взвизгнули, морщась от ударившего по и без того напряженным глазам яркого света.
Эмили, хоть и была девочкой хрупкой, доставила немало хлопот в транспортировке от двери до свернутой постели. Вейганд, быстро оценив дизайнерский (в обоих смыслах, что примечательно) бардак на полу, разумно не стал устраивать ее заплетающимся ногам полосу препятствий и, крякнув, не без труда подхватил Эмили на руки. Она не была слишком уж легкой, как и он не был слишком уж сильным, так что испытание выдалось то еще.
– Можешь идти спать, – сказал Вейганд Франциску и стал снимать туфли с мгновенно уснувшей Эмили.
– А ты?
– Останусь здесь. Прослежу, чтобы она лежала на боку.
Вейганд мельком осмотрел комнату. Среди хаотично разбросанных манекенов «Стокман», тряпья и набросков скромно затесался диванчик. Убрать оттуда рулоны ткани – и нормально, спать можно. Главное подстраховать себя от неминуемого падения и накидать на пол и без того вполовину лежащие там подушки.
– А зачем? – не понял Франциск, краем глаза осматривая никак не вяжущиеся с Эмили наряды на вешалках.
– Тебе в подробностях? – Вейганд пьяно усмехнулся. – Человеческий организм, друг мой, имеет очень неприятную особенность – исторгать из себя все, что в избытке. А если избытку этому некуда деться, он остается во рту и… Ну, ты понял.
Франциск забавно поморщился. Вейганд тихо рассмеялся и, накинув одеяло на заворочавшуюся Эмили, стал подготавливать себе место будущей ночевки. Он несколько опасался, что придется гонять Ховарда еще и за активированным углем и обезболивающими, потому что то количество алкоголя, что бездумно влила в себя впервые вырвавшаяся из-под железного родительского занавеса Эмили, хватило бы не только на хреновое утро, но и на вполне себе болезненное отравление.