— Давайте, Максим. — Кошкин тоже в крайне хорошем расположении духа. Все же в той свалке, в которую за секунды превратилась вроде бы уже выверенная схватка, его девушка не пострадала, да и победу в принципе получилось себе на счет записать.
— Среди всех, когда император отпустил свою силу, наряду с Повелителями, и инквизитором, только вы не отреагировали на его давление. Расскажете почему?
— Более того, даже научу. Собственно, именно это отличает меня, или Анатолия Филафеевича, моего учителя, от классических магов. Ну и вас будет. Или уже отличает. Очень хорошо, что вы это заметили сами.
— Неожиданно.
— Да нет, ничего неожиданного. Просто это маленькое отличие могут относительно легко сформировать далеко не все. Вот скажите, чем я принципиально, отличаюсь, ну скажем от любого нам известного мага? Бывшего ректора например, или от ребят из звезд? — кивает на эрзац лазарет из приходящих в себя магов. К некоторым царь даже не приступал с лечением. Они так и лежат под стазисом.
— Ну у вас конструкты нестандартные, — пожимаю плечами.
— Нет, Максим, это следствие. Основа другая. Видите ли, вы, как и мои другие потенциальные ученики, вполне способны сформировать себя как центр осознаваемой вселенной. Вот такое простое отличие. Я, в свое время, прошлому ректору отказывал обучать его протеже не потому, что такой принципиальный, а потому, что его люди этого сделать неспособны. Вот так все просто. И поэтому для них — только хоженые тропы, только вылизанные формулы. А для вас — новые горизонты.
— Хм. Не очень понятно, Борис Васильевич.
— Да просто все, Максим, на самом деле. Просто нужно это осознать. Физически, на меня, без моего прямого разрешения, прямое воздействие неоформленной магией от большинства магов просто не подействует. Это просто такой признак. Безусловно мы не берем вторичные воздействия, температуры, или подчиненных стихий. Продукты общего договора, вроде конструктов, тоже выносим за скобки.
— Тогда в чем принципиальная разница?
— В том, что у меня больше общего с, вон, Повелителями, — кивает на охраняющих императора магов, — чем с магами в Академии, например. В этом наше принципиальное отличие от классических магов. Понимаете, Максим, они — пользователи Магии. А мы — сами источники. То есть, не у нас есть источник, а мы сами источник хаоса и различных изменений. Сами — суть магии. Как, как раз и Повелители. Они же сливаются со своей стихией. Изменение упорядоченного исходя из воли наблюдателя. Это очень простое отличие, и очень сложное, знаете ли. Источник есть у всех магов, а вот принять себя, что это ты тоже — сложно. Но у нас это вот так. Результат на столе. Они — кивает на магов звезд. — Растут в рангах, сдают минимумы, ищут силу. Достойно, конечно.
Мы же силу находим в себе, и все эти ранги становятся бессмысленными. Потому что с какого-то момента, начинаешь сравнивать себя не с кем-то другим, а с самим собой, просто вчерашним. Это знаете ли, ограничивает. Но в тоже время, освобождает. Потому что с вами остаются только лично ваши ограничения.
— Очень…философски. — отмечаю.
— Да не берите в голову, Максим. Просто обдумайте, впрочем, не очень долго. Это не так важно. Мы с вами придем к этому, так или иначе, не переживайте. И тогда сами сможете понимать, как я отличаю тех, кто способен на такой шаг, от тех — кто нет.
— Но я всё-таки хочу уточнить. В физическом смысле какая между вами разница?
— Да почти никакая. Просто я могу изменять конструкты, совмещать разные, совершенно неизвестные схемы, которые считаются невозможными, а они нет. Их магия базируется на законах природы, тех которые мы вывели вокруг нас. И они свои желания соотносят именно с этим. А я фактически напрямую договариваюсь с миром вокруг. Без посредников в виде законов. Это, конечно, в идеальном случае. До которого что мне, что моему учителю, наверняка ещё очень-очень долго. Но кое-что изменять совершенно нестандартным образом мои убеждения позволяют. Подумайте над этим, Максим. Но уже попозже, или в пути. Нас, вроде бы, зовут на Тропу.
— Подумаю. — киваю я.
Вообще, интересная идея. И неожиданно пересекающаяся с теоретическим пониманием псионов «S» -класса. Там ведь в пределе именно идея главенства духа, разума и воли над материей.
В городок приходим почти к ночи. Воинов под стазисом оперативно забирают прямо от Дома Охотника. Вообще больше часть нашей группы остается именно здесь.
Тут же мы прощаемся из шаманами. Сразу же после того, как мы появляемся на окраине города, шаманы и их ученики, прощаются и почти мгновенно исчезают. Остается только Доржат. Собственно, и он остается только по моей просьбе. Я наконец-то вспоминаю о просьбе Хозяина Лабиринта.