— У меня была не физическая боль.
— Тем лучше. Но подобное состояние обнаженного нерва мне довольно знакомо. Правда в моем случае — боль была все же больше физическая, или приближенная к тому.
— Интересно.
— Да. Когда вы настраиваете под себя свое пространство, мозг очень затейливым способом привыкает к новым для себя ощущениям. Так что да, знакомо. Только в моем случае данное пространство всего десяток сантиметров от тела. Тут я очень хорошо контролирую чего бы то ни было. Так что в некотором смысле, я вам немного завидую. Вы идете по пути Повелителей Стихий, они примерно так же взаимодействуют с окружающим. Только в зависимости от стихии, чувствуют именно свою составляющую.
— Но я не сливаюсь ни с какой из Стихий.
— Да, и это безумно интересно. У вас нет этого характерного для них изменения сознания. Так что вы ближе к идеальной модели мага Анатолия Филафеевича, знаете ли. Ладно. Это пока не так, что бы важно. Настроитесь еще. Сразу совет.
— Конечно! — слушаю очень внимательно.
— Пробуйте уменьшить ваш радиус хотя бы до пары метров, иначе первое время вам будет сложно в обществе.
— Это не проблема. — На секунду обращаюсь к себе. Кажется справлюсь, все же это ощущение сильно подвержено моему желанию.
Кошкин кивает.
— Смотрите, Максим. Это ваше чувство пространства и управление им как собой имеет небольшой недостаток. Как вы думаете, какой?
Развожу руками.
— Вы не учитываете волю противника. Собственно из-за этого мои конструкты смогли преодолеть такое большое расстояние внутри вашего микрокосма. Тут расстояние преодолела не техника, а воля. Мое личное убеждение, что это отличный пробойник, в частности. Или убеждение как «веретено» меняет мир вокруг себя, и почему мой огонь смог спокойно преодолеть ваше, контролируемое вами пространство. У вас отличный результат. Я бы даже сказал феноменальный. По идее, мои конструкты должны были прошить вашу защиту. Но что есть, то есть. С чем я вас и поздравляю.
Я улыбаюсь.
— Максим, не радуйтесь раньше времени. Пока что, это ваше пространство в плане защиты проигрывает, скорее всего, обычному амулетному щиту. То есть, сейчас вы его используете не по назначению. Хотя даже так — очень эффективно. Внутренний космос предназначен для изменения законов Мира в контролируемом пространстве. Если воли хватит договориться с Миром, то внутри вашего космоса вы сможете почти все. Но в основном, по мелочи. Мы же не боги. Вот Великие маги могут навязать Миру крайне сложные изменения. Но нам с вами и этих мелочей будет достаточно, Максим.
— Что вы имеете ввиду?
— Ну например. Вам же скорее всего было сложно вытянуть магию из моих конструктов?
— Да. Очень.
— По идее, вы это сделать вообще не должны были. Вот это маленькое изменение законов Мира, например. Касты любых других магов, кроме Великих, и, может быть, Повелителей, у них там чуть другие законы, вы сможете разрушать походя. Или например сообщать им чужие свойства.
— Это как?
— Вот у моего первого конструкта было свойство пробивания щитов — это у «ос», и, дополнительно, устойчивости к различным защитам. Как раз из-за этого сложно из них было выкачать магию. Эти два свойства друг друга поддерживают. При этом, у кастов любых магов Академии таких свойств нет по определению. Они поэтому магов по силе и ранжируют, что в касты пихают магии пока он остается стабильным. То есть они изменяют Мир количеством, а мы — мастерством. Понимаете?
— Понимаю. — удивляюсь. Никогда к магическим конструктам не подходил с этой точки зрения.
— Но договор с Миром возможен только внутри своего пространства. Только там, где вы хозяин. Тогда ваш результат будет устойчивым. В обычном же мире вы используете уже выверенные конструкты. Они отличаются именно количеством вложенных сил, и не более того. Иногда, интересными вариантами интеграции с другими кастами. Но и все. А вы можете решить, то огненный шар, например имеет такое свойство воды, как текучесть. И тогда получите вариант «греческого огня» из обычного фаербола. — Кошкин иллюстрирует свои слова, запуская шар огня, который растекается по стене и продолжает на ней гореть. — Сил уйдет столько же, а вот стандартный щит уже может и не защитить от такого.
— Вы это пытались показать в Академии?
— Первое время, — соглашается Кошкин. — А потом понял, что менять себя ради неочевидной цели и отбрасывания дифференциации магов по признаку пропускаемой магии[2], господа академики не будут никогда. Им это не выгодно.