— Сочувствую. — чуть усмехаюсь.
— Пустое, Максим. Ладно. По поводу третьего каста, а именно обычного огня — это ваша уязвимая зона. Там не было, как это не странно ничего необычного, поэтому оно и сработало. Вы просто поверили, что этот огонь возможен, и пока он вам напрямую не угрожал, спокойно наблюдали за его распространением в вашей, контролируемой вами зоне. Это нужно менять, потому что вас могут просто уничтожить именно атаками по площади. Тут вы довольно уязвимы. Что еще? А, вам нужно будет еще поэкспериментировать с огнестрельным оружием. Результаты должны, как я понимаю и заставить вас задуматься и порадовать. Ну. Кажется на этом все. Как думаете, Макс?
— Думаю да. — соглашаюсь. В принципе, я кажется готов выходить из Лабиринта. Больше чем сейчас я все равно не пойму, и готов не буду. Чтобы плавать, нужно, как ни странно, плавать.
Но похоже, придется перестраивать стратегию поведения. Теперь момент с тем, что меня постараются уничтожить, а у меня нет нормальной личной защиты, становится не актуальным.
Теперь защита, со слов Кошкина, как раз есть.
Так что пора обратно. В лицей.
Глава 23
— Мне нужно пару минут. — Говорю Кошкину на выходе из Лабиринта. — На выходе, метрах в двадцати никого нет.
Учитель кивает и протягивает мне амулет невидимости.
— Держите, Максим. Хоть сейчас и ночь, лучше бы на вас действительно не обращали внимания. Только ответьте мне на вопрос, хорошо?
— Конечно.
— Вам помощь нужна? Как вы оцениваете ваше состояние?
— Физического тела? Нет, точно не нужна. Регенерация у меня из-за эликсира очень неплохая. Так что тело в порядке.
— Это хорошая новость. Но вот этот комплект выпейте все равно когда пойдете спать. — Протягивает мне четыре пузырька на ленте. — Я сам в те года, когда учился у Анатолия Филафеевича, в подобной вашей ситуации именно такой набор и пил. Тут восстановление, ну это понятное дело на всякий случай, чтобы у тела энергия не переводилась. Небольшое обезболивающее — оно больше для нервных окончаний, вы на пару часов станете довольно толстокожим человеком. Еще одно — на стабилизацию источника, на всякий случай, и одно зелье «сна без сновидений», чтобы мозг отдохнул. Использовать можно все, большой разницы, как и с чем применять нет. Зелья использовались не раз, и не два, так что их действие максимально прогнозируемо.
— Спасибо, Борис Васильевич. — выпиваю сразу же зелье, которое для обезболивания. Снизить чувствительность нервных окончаний, пусть и всего на ночь — вроде бы хорошая идея. А то я чуть теряюсь уже в фоне вокруг.
— Не за что, Максим. Если хотите посидеть без людей, подумать, то сходите в парк на месте арен дуэлей. Его еще не убрали. Так что ночью там спокойно и романтично.
— Да? Вы уверены?
— О да, я-то знаю. Я даже вчера поднимал вопрос о том, чтобы его оставить на какое-то время. Убрать только одну арену. И меня даже преподаватели поддержали некоторые.
— По боевой магии? — улыбаюсь.
— Да, — Кошкин улыбается в ответ уголками губ. — Но, на удивление, не только. Так что пока убирать не будут. Там довольно далеко до жилых корпусов, так что у вас будет время себя настроить. Я помню до сих пор, как непривычно состояние настройки.
— Вы тоже сначала имели большой радиус чувствительности?
— Нет. У меня радиус такой же как с первого же дня, но принцип же понятен. Просто у вас, Максим, было время привыкнуть, с вашим частичным восприятием. Так что уверен, что нескольких часов вам хватит, чтобы примириться с собой. Все таки вы как-то быстро прогрессируете.
— Боюсь, это последний такой рывок, — хмыкаю.
— Или предпоследний, или предпредпоследний… Не зарекайтесь, Максим. Личная сила это все-же слишком интересная часть жизни. Так что немного рисковать там приходится. Главное, чтобы риски вы просчитывали. А так, могущество это слишком привлекательная мотивация, чтобы выходить за свои пределы еще и еще. — Кошкин ненадолго замолкает. Потом добавляет уже другим тоном. — Имейте в виду, на лекции вас никто не ждет, как обычно, и апартаменты уже починили. — Усмехается. — И я рассчитываю на согласование наших с вами планов ближе к вечеру. Все же статус немного поменялся. Ладно. Хорошей ночи, Макс. Я исчезаю.
И исчезает. Я, собственно, следую его примеру. Темнота-темнотой, а игнорировать, что кто-то меня заметит я не могу — радиус восприятия все же, на некоторое время, у меня действительно небольшой. А около Лабиринта находиться лишний раз — это повод для разговоров. Хотя «скрыт» по идее, действовать должен как раньше. Но пока не проверю — обойдусь амулетом. Ухожу в парк.