— Нам осталось лететь около трех часов. Рядом с портом есть несколько ресторанчиков. Можно где-нибудь там. — задумывается Клим.
— Хорошо. Я не против, — соглашаюсь.
Клим остается готовить корабль к отбытию. Буквально через полчаса, не больше, мы поднимаемся в небо и оставляю за собой хутор уже полностью и бесповоротно принадлежащий мне. Почему я так думаю?
Да все просто. Большого количества людей сюда не перекинуть, просто потому что грузовые дирижабли здесь не пройдут сквозь достаточно плотное расположение аномалий, да и не у всех есть карты проходов, в отличие от нас. По земле большую группу людей, наемников, да кого угодно, перевозить или устраивать целый поход довольно бессмысленно просто потому, что я точно узнаю об этом заранее, а государь подобных вещей не одобряет. То есть по большому счету, захватить поселение и здесь меня прижать было чуть ли не единственным способом почти законно отобрать участок границы. Чувствую я, что и с хутором здесь не все так просто. Надо бы узнать, насколько.
Через несколько часов прибываем к Орше. Неразговорчивые люди, в которых за версту видно безопасников, очень быстро освобождают нас от большей части груза, включая ингредиенты. Думаю, здесь Матвей просто подсуетился, чтобы мне не нужно было заниматься распродажей этого всего. Ну первым, как водится, выносят вожака, контрабандистов. Проверяют, что он живой, выдают мне бумагу и собственно разгружают дирижабль.
— Так, Клим, у меня есть небольшое предложение. Вы мне понадобитесь еще на пару дней. Подождете меня? — спрашиваю я.
— Да, почему нет, вы же хозяин, — удивляется Клим.
— Ну, у вас контракт с этими военными, мало ли что у них там срочного будет, — говорю.
— Если будет что-то срочное, я обязательно свяжусь и узнаю твое мнение по этому поводу, а так пока можем спокойно здесь побыть, — соглашается Клим. — Тем более, что нам давно хотелось где-то ближе к центру немножко отдохнуть.
— Тогда лучше подождать, потому что через пару дней мы в Новгород, а там точно есть возможности для отдыха, — уточняю.
— Да? Это еще интереснее. Скажу команде. Мы подождем тебя, Максим, даже не переживай.
— Пойдешь со мной? Представишь меня своему другу? — спрашиваю капитана.
— Конечно, как иначе? — удивляется Клим.
В общем, понаблюдав за разгрузкой дирижабля, спускаемся вниз, ближе к центру городка. Находим тот ресторанчик, в котором собственно была назначена встреча.
Встречает нас сухощавый пожилой дядька с впавшими щеками и темными кругами под глазами, но при этом очень живым и цепким взглядом. Ну собственно, как и должен быть безопасник.
— Добрый день, — тихо здоровается с нами, на правах первого пришедшего.
— Добрый день, — киваю, подаю руку мужику. Тот удивляется, но руку пожимает.
— Итак, Глеб Викторович Обломов и Максим Рысев, — говорит капитан, представляя нас друг другу.
— Что же, предлагаю пообедать. Или поужинать. — смеюсь я.
Глава 32
Удивительно, но Обломов мне неожиданно нравится. В фоне от него «вижу» ощущение уверенности в своих силах и определенный надлом. В общем, нужно смотреть.
Официант приносит готовый кофе. Решаю не останавливаться на напитке. Неожиданно понимаю, что сегодня я только завтракал.
Решаю не останавливаться на кофе. Снова зову официанта. Спокойно делаю заказ. Клим и Глеб переглядываются и следует моему примеру.
Только мой капитан дирижабля решает не оставаться:
— Знаете, с вашего разрешения, наверное, оставлю вас на некоторое время. — Спрашивает меня он.
Киваю Климу.
— Благодарю, — говорю своему капитану. Действительно, некоторые вопросы лучше обсуждать наедине.
— Спасибо, — тихо, но спокойно, поддерживает меня Обломов.
Хорошо, можно сказать, это первое собеседование в мой Род с человеком, которого я никогда раньше не знал.
Поэтому банально задаю первый и самый важный вопрос для себя, четко отслеживая состояние фона.
— Глеб Викторович, принципиально меня пока мало интересуют ваши профессиональные навыки. Меня больше интересует: будете ли вы мне верны? — спрашиваю я.
Обломов не находится с ответом сразу же.
— Господин Рысев, — неторопливо, обдумывая слова, говорит он, — я начал собирать информацию о вас, и к сожалению могу сказать, что этой информации крайне мало. Поэтому, мне сложно честно ответить на ваш вопрос. Извините, я верен своей присяге и ее не нарушу.
— Это честно. — киваю. Дополняю. — Ну, скажем так, создание моего Рода — это интрига императора. Это уже достаточно общая информация, и ближайшие лет пять всеми возможными политическими последствиями будет пользоваться исключительно Михаил Александрович.