Оказалось, что за рулем джипа был украинский офицер, и по прибытии в Отрадовку он сдался нашим. Вот такая вот игра со смертью! И ведь всех переиграл «мерзавец», переиграл всех своей храбростью и безрассудством этот офицер, и своих, и наших, пролетев свои двенадцать смертельных километров на джипе. Хотя здесь трудно сказать, кто для него были наши и не наши. Вот и подумай, читатель, над этим тоже… Но, похоже, храбр, храбр, чертяка…
То есть, что происходило рядом или на других направлениях, расчет знал или хотя бы немного был в курсе происходящих событий. Расчет этот видел и прилеты от «Града» украинского, и удар «Урагана», пусть и далеко от их блиндажа, и постоянные прилеты от украинского СПГ, и совершал смертельно опасные походы за боекомплектом и пайками, одним словом, расчет бился с врагом. Пока…
Было это 28 ноября 2022 года. Командир Иван объявил в этот день расчету, что наши штурмовики отодвинули противника дальше по лесополосе и что теперь расчет со своим СПГ не всегда может достать до укров:
— Не достаем до укров, надо к передовой ближе переходить… Уже сообщили и из штаба, и с передка, что скоро совсем доставать до них не будем. Наши их все дальше выдавливают. В общем, на три точки вперед уходим, сегодня же позицию меняем. Там, куда мы били из «Сапога», теперь наши стоят. Есть еще координаты, но и оттуда их вытеснят, — объяснил ситуацию Иван.
Начали готовиться сразу к переселению, стали подматывать манатки свои… Леня и Александр начали собирать вещи, а Иван с Люсом у «сапога» своего работали, так как у расчета еще одна цель появилась, и необходимо по ней было ударить. И вот после второго выстрела, через полминуты буквально, где-то за сто метров от Ивана и Люса разорвался снаряд в поле. Расчет не обратил внимания на этот разрыв. Не подумали они тогда, что украинская арта прицеливается по их позиции, были слишком увлечены поставленной перед ними задачей и продолжили работу. Однако да, противник нащупывал вагнеровский СПГ, определяя таким образом то, как можно точнее попасть по позиции вагнеровцев.
Люс убежал за снарядом, вкрутил пороха в основной заряд и побежал к «сапогу», держа снаряд в руках… Десять метров отделяло склад боекомплекта, находящийся на склоне холма, и сам «сапог». Три, четыре метра — Люс бежит, и тут разрыв украинского снаряда прервал бег Люса… Очнулся он на земле, в руках снаряда не было, а в голове только фрагментами, как все вокруг переворачивалось и крутилось… Люс вскочил на ноги и что есть мочи побежал к склону холма, влетев в неглубокий овражек. «Ранен», — пронеслось в голове Люса. Тут же подбежал Иван. Иван был в полном порядке, его осколки не задели, и он начал осматривать Люса.
— Не вставай, только не вставай, — повторял Иван, осматривая бойца.
— Жгуты давай! — крикнул Иван Леньке, который уже эти жгуты в руках и держал, подскочив к раненому. Начали накладывать жгут у основания левой ноги и разрезать штанину на этой ноге. С внутренней стороны бедра левой ноги, оказалось, вырван был кусок мяса с целую ладонь, и хорошо, что сильного кровотечения еще не было. Затем перевязка. В это время, пока перевязывали левую ногу, Александр накладывал жгут на бедро правой ноги, разрезал ножом штанину. В правой ноге было два ранения, и похоже там внутри были осколки, поранена икра правой ноги, и видимо задета кость, а также еще была одна рана здесь же, выше колена сбоку. Перевязывали все это и тут же параллельно накладывали жгут на правую руку, разрезая рукав ножом. Здесь, на правой руке, на ее внутренней стороне, выше локтя сантиметров на десять, зияла тоже рана… Рука у Люса онемела. Еще до того, как начали оказывать первую медицинскую помощь Люсу, командир расчета сразу доложил выше:
— У нас триста. Тяжелый.
— Дотяните до дороги, там примем.
— Понял, — подтвердил Иван.
Про то, что ранен Люс, по рации услышал его друг Коля, позывной которого был «Ольховка». Ольховка стоял на соседней точке, метров за пятьсот до позиции расчета Ивана и Люса. И вот как услышал Коля-Ольховка, что ранен его друг Люс, так и пустился бежать к нему. Ольховка выглядел не как все бойцы, он был совсем не похож на богатыря, ну точно уж не богатырь, даже немного с виду-то и сухощав, и роста не высокого, но именно он несся в это самое время на помощь Люсу, когда того еще только начали перевязывать. Добежал Ольховка до него тогда, когда уже тащили на спальнике Люса к дороге. Слякоть, шел дождь, и была непролазная грязь, и по этой грязи в спальнике, стараясь бежать по скользящей слякоти, тянули Люса его товарищи по оружию до дорожного полотна.