— Ерунда! — сказал генерал, наблюдая, как солдату накладывают повязку. — Темнота хорошо нам послужила и скрыла от врага.
Из других комнат появились солдаты. Вид у них был понурый. Один сильно хромал. Он рассказал, что случилось после того, как отряд генерала выиграл время для армии.
— Я — командир отряда стрелков Рарог Бачута. Нас разбили, генерал Воислав, но потери совсем незначительные, а все благодаря вам, — сказал он. — Черные отвлеклись, и мы сумели их откинуть настолько, что освободили проход и сбежали. Не самый достойный итог брани, но мы живы.
— Ушли, но живы, — повторил генерал.
— Да, ушли все, кроме нас, — ответил Рарог. — Несколько стрелков, сами знаете, остались на точках, и мы были на самых дальних. Догнать своих не успели бы, вот и решили бежать сюда. Мы живы, но попали в ловушку.
Он вздохнул и помолчал.
— И вы здесь уже две недели? — сказал генерал. — Защитное поле давно должно было разрядится.
— Мы уходим в соседние руины, — ответил Рарог. — Защита там повреждена, и мы все время были начеку и почти не спали, иначе просто не проснулись бы. А как здание зарядилось, вернулись.
— Не пробовали догнать наших?
— Пробовали, да не вышло, — Рарог поморщился и показал на ногу. -— Нас было двадцать, а теперь, видишь, девять осталось.
Генерал переглянулся со своими командирами.
— Есть у меня одна мысль, — сказал он. — Надо обсудить.
Он, его командиры и Рарог, в другую команду и закрыли дверь.
Генерал Воислав воевал большую часть своей жизни. За ним ходила слава, что если “ты умрешь под начальством Воислава, то значит, сам бог не смог бы тебя спасти”. Суровый, но справедливый Воислав обладал магической интуицией вкупе с незаурядным умом. Он по пальцам одной руки мог посчитать свои поражения. Но даже генерал не мог победить в гражданской, а теперь уже и мировой войне. Воислав с детства любил родную Вахоланию и живущих в ней людей и мечтал о военном деле. Генерал был близким другом князя-волшебника Вахолании, и некогда к его советам прислушивались все. Но со времен государственного переворота и смены власти генерал Воислав был не в почeте, а за его голову обещана хорошая награда. Но поймать его было не так-то просто.
Остальные принялись за еду. Вика не помнила, когда в последний раз что-то ела, должно быть в самолете, но кусок в горло не лез. Пища была более чем скудная: лепешки из старой муки, съедобные коренья, сухофрукты. Она взяла с лавки, которая заменила стол, железную походную кружку, налила с термоса горячую жидкость, похожую на чай, но пахнущую иначе, и села на соседнюю узкую лавку. Вика вдруг вспомнила о телефоне, который лежал в кармане ее кофты. Она мало пользовалась им, не было времени: то работа, то ребенок, а после пережитого совсем забыла о нем. Должно быть, он выпал в пути. Она полезла в карман и нащупала телефон. Удивленная Вика попыталась включить его.
— Конечно, сел! — хотела выбросить телефон, но передумала.
Теперь это была просто ненужная плоская вещица, но вдруг получится зарядить его. Вика положила телефон обратно в карман. Она попробовала настроиться на сына. Сначала приходят ощущения и ароматы. Девушка закрыла глаза, почувствовала холод, темноту и сырость. Штаны возле ботинок совсем намокли и прилипли к ногам. Но шум вокруг и боль в голове, не давала ей сосредоточиться. Она повторила про себя несколько раз: “Я рядом, я иду”, надеясь, что Макс слышит. К ней приблизился Вестгард и сел рядом.
— Тебе плохо? — спросил он.
— Нет, — ответила Вика.
Она не улыбалась, не пыталась бодриться, но Вестгард удивился.
— Здесь есть, где зарядить телефон? — спросила она его.
— Нет, — он засмеялся. — Я же говорил, что техника у нас не работает.
— Точно, — Вика поникла. — С другой стороны, кому я позвоню? А как же вы связываетесь друг с другом? Неужели нет каких-нибудь волшебных телефонов?
— С тех пор как телефоны, машины и даже чайники стали просто хламом, а розетки просто красовались на стенах, хоть ладан в них жги, чтобы хоть какая-то польза была, все изменилось. Дома сожгли, и мы живём как пещерные люди. Хоть что-то могут только те, у кого сохранились артефакты, которые обладали хоть каплей силы. Люди достали семейные реликвии и стали использовать. Некоторые можно использовать для связи, не не все.
— Почему вы не уйдете в наш мир? — спросила Вика.
— Некоторые ушли, кто мог, — ответил он. — Но магии осталось так мало, что не каждый это может. Твой проход — просто чудо. На создание таких требуется много энергии. Сначала все бежали в другие страны, пока Невзор не добрался и до них. У многих погибли семьи, и они просто не хотят уходить. Верные граждане государства добровольно остались защищать ее. И потом, в твоем мире все немагическое, черные с помощью радаров вычислят нас на раз-два.