— А как ты, малыш? — спросила она. — Там было там сырости и у тебя почти не было воды…
— Он в полном порядке, не беспокойся, — Вестгард подошел и потрепал Макса по голове. — Он сильный парень. У него было переохлаждение, ничего серьезного, а для Клавдии это час работы и пара ее травок. Первый день он спал с тобой почти все время. Тебе было больно, Макс сжимал тебе талию, и я переложил его к себе в палатку. Он просыпался и звал тебя, мы прогуливались, ели и шли к тебе. Макс ложился, обнимал тебя и засыпал.
— Да, я с тобой спал, — подтвердил Макс, кивая головой с серьезным и довольным видом.
— Да. А сегодня утром он рано проснулся, и мы уже часов пять играем, — продолжил Вестгард. — Ты веселый парень, да, Макс?
— Да, я забил пять голов и выиграл, — Макс так гордился своей победой, что Вика снова улыбнулась.
— Макс, пойдем еще поиграем? — Вестгард посмотрел на Вику. — Я научу тебя кидать крученый мяч? А маме надо отдохнуть.
Вика и правда устала. Рана на животе жгла, она не знала, что со спиной, и как вообще осталась жила. Но об этом она спросит потом. Они живы, сын рядом и это главное. Макс поцеловал ее и вышел. Вестгард двинулся было следом за ним, но Вика взяла его за руку. Мужчина удивленно повернулся к девушке и сел рядом.
— Спасибо, — сказала Вика, не отпуская его руки. — Если бы не ты, то я бы не справилась.
— Да ты справилась бы с чем угодно, — Вестгард погладил ее свободной рукой.
Движение были убаюкивающие. Вика улыбнулась, чувствуя, как проваливается в сон. Едва закрыв глаза, Вика уснула .Ей снилось яркое солнце. Она стояла на горе, и свет слепил глаза. Вика жмурилась, но продолжала смотреть. Солнце краснело, лучи прожигали кожу, а она все стояла и смотрела. Руки и ноги задымились. Мозг плавился на жаре, она рванула вперёд. Вика очнулась и увидела, что в палатке было темно. Странная тревога охватила ее. Опираясь на руки, девушка приподнялась. Рана саднила, но это было не важно. Темно! Этого не может быть, в защитной зоне солнце ВСЕГДА.
Рывком встав, Вика качнулась и вскрикнула от боли. Она посмотрела на повязку, обмотавшую талию вместо корсета и потрогала спину. Бинты сухие, и руки не окрасились алой краской боли. Настройка Клавдии лечит чудесным образом. Вика, шатаясь, сделала шаг. Тело будто кусали множество маленьких жучков, как бывает, когда отлежишь руку или ногу. А ноги онемели и за столько дней бездействия забыли, как ходить. Вика потерла ладонями глаза. «Хоть бы все было спокойно, хоть бы мне просто показалось» — молилась она. На улице раздался крик, следом выстрелы. Нет, ей не кажется. Сила поля иссякла, и враг вторгся в его пределы.
— Макс!
Вика попыталась взять себя в руки. Она оглядела палатку в поиске оружия. Макс был с Вестгардом, он позаботится о нем. Вот ее браунинг, который уже выручил ее в этом жутком месте. Еще неделю назад она бы не поверила, что будет с такой радостью думать о ружье. Вика никогда не любила оружие, охоту и даже тиры. Оружие пахло смертью, но лишь теперь она понимала, что если оно пахнет чужой смертью, то одновременно и твоей спасенной жизнью. Браунинг был заряжен, Вестгард позаботился об этом. Девушка обулась, и вышла на улицу. Дым и запах гари ударили ей в лицо. Палатки горели, и люди больше не гуляли и не смеялись. Застигнутые врасплох, солдаты не сумели дать отпор, они убегали и кричали. Но многие стреляли, дрались и даже успели надеть бронежилет. А, может, они и не снимали и спали в полной боевой готовности.
Палатка Вики находилась в стороне от всего лагеря, и была такая маленькая, что на нее просто не обратили внимание. Сзади было то, что раньше было лесом, только вместо зеленых деревьев из безжизненной земли торчали обгорелые ветки, пеньки, да голые конечности вековых дубов. Все было усыпано высохшими пыльными листьями, поломанными сучками и слоем грязи. Это место теперь напоминало обочину сельских дорог. Вика прошла вперед, озираясь по сторонам и держа наготове ружье. Вика искала Макса и Вестгард, но не увидела ни одного знакомого лица. Наконец, она заметила Клавдию, которая вела раненного солдата, поддерживая его под руку.
— Сестра, вы не видели моего сына? — Вика подбежала к ней.
— Нет, дорогая, — ответила Клавдия, переводя дыхание. — Должно быть, его уже увели в укрытие.
— Какое укрытие? Где оно?
— Я как раз туда иду, пойдем, покажу. Ну-ка, помоги мне с ним.