Невзор продолжал испытывать ее взглядом. Его правая рука потирала кобуру, висевшую на ремне. Вика выдержала взгляд.
— Ты врешь, — проговорил он бесцветным тоном.
Но Вика почувствовала толику неувереннности в своих словах. И эта капля могла стать спасительной для них.
— Ты хочешь проверить? — спросила Вика.
Невзор думал. Он еще слишком слаб и не сможет защититься от такой сильной магии. Не сейчас, но скоро сможет. Какая разница, он найдет ее потом. И заберет у нее силу.
— Кто ты? Расскажи, как ты это делаешь? — спросил он, безуспешно пытаясь скрыть зависть в голосе.
— Я скажу, если ты расскажешь, зачем тебе дети.
На этот вопрос Невзор отвечать не собирался.
— Чего ты хочешь? Уйти? Иди, — он махнул рукой на дверь. — Оставь мальца и иди на все четыре стороны.
При этих словах Макс сжал ее сильнее. Вика ощутила проступающую из шва кровь. Если Невзор не хочет говорить, значит ли это, что он задумал нечто ужасное? Она ходила по тонкой грани, их могли расстрелять в любую секунду, если она выдаст себя хотя бы взглядом.
— Нет, ребенка я возьму с собой, — не меняя выражение лица, сказала Вика.
Невзор хотел что-то гневно сказать, затем махнул рукой.
— И его, — Вика показала на Вестгарда, который с трудом стоял, опираясь на стену и внимательно слушая их разговор. Невзор усмехнулся. Вике не понравилось выражение его лица. Он выглядел таким довольным, будто все идет по его плану.
— Ладно, бери ребенка, и этого забери. Считай это моим жестом доброй воли, — он наклонил голову в едва заметном насмешливом поклоне.
Вике хотелось молчать, чтобы не спугнуть удачу, и броситься прочь из гаража. Но она не может их бросить здесь.
— И остальных детей, — она показала на решётки, к которым прильнули грязные и уставшие детские лица.
— Звезд ради, бери сына и проваливай! — впервые Невзор повысил голос.
Вика застыла. Сможет ли она бросить на погибель детей, ради того, чтобы спасти сына? Но она проделала длинный путь ради него. И надежда на его спасение такая хрупкая. Она ступает по тонкому льду посреди океана. И если возьмет с собой детей, все проваляться в воду, включая Макса. С этим выбором ей придется жить.
Она кивнула, повернулась и вышла, держа перед собой Макса. Если сейчас они поднимут огонь, ее сыну конец. Она понимала и то, что ничего не может больше делать, только идти. Они поравнялись с Вестгардом, и пока никто не стрелял. Вестгард, кривясь от сильной боли,поковылял к ней и оперся Вике на плечо. Увидев Далибора, его лицо отразило еще большую боль, чем от его ран. Вестгард проверил, дышит ли он. Не найдя признаков жизни, он горестно сжал кулаки. Он взял его под мышками и пытался поднять. Вика увидела отчаяние на его лице и подошла помочь. Вестгард не оставит тело друга среди врагов. Они подошли к двери, и только тогда Вика обернулась к Невзору.
— Я найду тебя, — сказал он.
— Я буду этого ждать, — с ненавистью ответил Вестгард.
— Ждать будет она, — сказал Невзор, показывая на Вику.
Вику охватила тревога. О чем говорил Невзор? Они не стали уточнять, когда именно он начнет их искать, и поспешили выйти. Вика на секунду зажмурилась, но пока они так близко к логову врага и к Невзору, она не верила, что смогла выбраться. Они пошли к лесу, уходя дальше и дальше. Движение затруднял Далибор, которого ослабленный Вестгард еле тащил. В глубине леса Вика ненадолго остановилась. Макс с трудом шел. По сдавленным всхлипам она поняла, что близка истерика. Вика, несмотря на дикую боль, взяла его на руки и прижала к себе.
— Ладно, малыш, — она успокаивал его убаюкивающими покачиваниями. — Теперь все будет хорошо. Мы вместе.
Но она знала, что ничего не кончилось. Невзор просто так их не оставит. Что он имел в виду, говоря, что Вика пожалеет? Пустые угрозы или его слова имели смысл? Обретя мощь, он захочет отнять и ее силы. Но ведь у нее нет никакой магии! Это три колдуна. Сможет ли Невзор найти их в мире Вики? Она в отчаянии отпускает сына на землю. Взяла его за руку, но, сделав несколько шагов, упала на колени. Спина горит, и она не чувствует поясницу. Девушка попыталась встать, но боль пронзила ее позвоночник и отдала в шее. Вика легла на бок, пытаясь не закричать, чтобы не пугать сына. Впрочем, беречь чувства сына сейчас было не в приоритете, Если они не выберутся из мертвого леса и не окажутся в безопасности, подальше от черных.
— Вика, идем, — Вестгард, опустив Далибора, поднял девушку.
У мужчины словно открылось второе дыхание. Он обхватил Вику рукой и облокотил на плечо, так, чтобы она практически легла на него. На другом плече он нес друга. Вика почувствовала тепло Макса с другого бока: он помогал маме или держался за нее сам. Главное, он был рядом с ней. Вестгард тяжело дышал: легкие кололи, будто он бежал два часа без остановки. Он вспомнил, как его пытали, чтобы узнать, где желтые прячут раненых. Щеку рассекли ножом, били, а когда он упал, пинали ногами.