— Про Невзора ты знаешь? — спросила Тара-Клавдия, желая закончить этот рассказ. Когда Вика кивнула, она продолжила. – Хорошо. А сейчас, давайте приступим к нашей трапезе и после выслушаем отчеты о наших успехах в обустройстве Отишны.
Жители начали есть. Вика впервые видела, что едят в Вахолании, ведь прежде она питалась в основном сухими пайками в походах. Внешне ужин не сильно отличался от походного: люди сидели на бревнах, кто-то принес из дома деревянные стулья, на которых и сидели, и ставили тарелки. Были и те, кто ел прямо на траве. Общий стол был небольшой, и на нем расставили блюда с едой. Тут были ароматные хлеба, батоны и караваи прямо с печи, сладкие пироги с малиной и вишней, а также румяные пирожки с тыквой. Дымились наваристые похлебки с мясом, картошкой и морковью. Стол украшали тарелки со спелыми овощами и фруктами. Последним принесли главное блюдо — запеченную с овощами удивительная рыба с огромной головой и рогами.
— Неделю назад к нам прибыл раненный солдат, который оказался резчиком по дереву, — доверительно сообщил Вике сказочник. — Клавдия попросила его сделать огромный стол, украшенный вырезанными цветами, и чем только ему с голову придет. Чудесно, правда?
— Правда, — рассмеялась Вика. — Какой же гигант вам понадобится для такой толпы! Куда вы его днем ставить будете?
— Тара наложит на него чары, — лицо сказителя расплылось в довольной улыбке. — Он будет уменьшаться, а потом расти. Или что-то в этом роде. В лесу у Тары осталась магия.
— Не особо рационально, — Вика пожала плечами.
— Что ты, очень рац.. полезно! — для убедительности он потряс перед ее лицом тыквенным пирожком. — Это будет объединяющий стол, который поддержит дружбу, понимание и мир в Отишне.
Он замолчал, а Вика принялась за еду. Она поняла, как символичен для них этот заколдованный стол. Все отишцы мечтали не допускать больше разлада и войн. Они жили, отгородившись от Вахолании, и словно забыли, что война не закончилась, и люди погибают каждый день.
Музыканты поели и взялись за инструменты. Певец, допив кружку пива, встал и запел чудным тенором. Песня была светлая и знакома многим. Певца подхватили разные голоса: девушек и женщин, детей и мужчин. А слова были такие:
Споем во славу мы Отишны песнь,
И Таре благодарности не счесть.
Цветет Отишна ради нас,
Блюдя Хранителя указ,
Река лесная, ввысь стремясь,
Несет весть, радостно струясь.
Когда на землю пал Невзор,
И солнца луч не красил больше взор.
Всех Тара милая спасла,
Огонь надежды нам в душе зажгла.
И вот однажды на холме,
Родился город в тишине,
Укрыт он лесом в глубине.
Мы благоденствуем в Отишне,
А родились по всей отчизне,
Связал нас воедино лес.
Не устрашит нас черный бес.
Живем во имя веры, что будет в государстве мир.
Какой же в честь его закатим пышный пир!
Споем во славу мы Отишны песнь,
И Таре благодарности не счесть.
Цветет Отишна ради нас,
Блюдя Хранителя указ.
Запах костра, дым и песни наполнили Вику умиротворением. Спустя два часа она почувствовала невероятную усталость. Еда в желудке тянула к земле, голова клонилась к коленям. Наконец, Клавдия встала, призывая всех готовиться ко сну. Жители стали разбредаться по домам. Музыканты ушли, прихватил свои инструменты. Девушки уносили грязную посуду и остатки еды. Сказитель помогал миловидной молодой женщине с косынкой на голове, из которой выбивались блестящие черные волосы, убирать тарелки.
— О чем ты хотела меня попросить, моя милая? — сказала Тара-Клавдия, когда Вика подошла к ней. Раньше девушке казалось, что Клавдия безобидная и добрейшая на свете женщина. Только теперь она увидела властность и непреклонную силу духа. Вика бы не удивилась, если бы ради доброго, на взгляд Тары-Клавдии, дела, она бы переступила через пару десятков голов.
— Я хочу поговорить с сыном, — сказала Вика.
— С чего ты взяла, чем я могу тебе помочь? — Клавдия смотрела на нее с подозрением.
— Я знаю, что вы можете, ведь вы Хранительница — самая могущественная в лесу, а то и в Вахолании, — Вика решила, что пришло время грубой лести. — Пожалуйста, я очень за него переживаю! Мне бы хоть раз увидеть, что с ним все в порядке, и я успокоюсь.
Клавдия молчала, глядя на колыхающееся пламя. Они остались одни возле огня, который давно съев приготовленные для него поленья, начал уменьшаться.
— Хорошо, я помогу тебе, — наконец, ответила она. — Взамен я тоже попрошу тебя об услуге.
— Какой? — Вика удивилась, чем она может быть полезна Хранительнице леса.