— Не уверен, — отозвался Вук. — Если бы появились животные, у нас было бы больше шансов.
— А какие животные отвечали за защиту стен?
— Все, что жили в замке, защищали его стены, но лучше бы появились птицы.
— Что же, можно попробовать.
— Ты знаешь, что делать? — удивился Вук.
— Будем импровизировать, — пожала плечами девушка. — Я не могу сидеть, сложа руки.
Вика сделала гнезда из веток и обрывков ткани, найденной в замке. Отыскав самое большое дерево рядом с фонтаном, она установила гнезда на цветущие деревья. Точнее, это сделал Вук, ворча без остановки, чтобы девушка поняла, что лазить по деревьям ему не нравится. Вика полила деревья под гнездами. Решив, что сделала все, что могла, продолжила убирать замок.
— И это все? — спросил Вук, недоверчиво поглядывая на крону дерева.
— Бегать с бубном вокруг дерева я не буду. Кстати, хотела спросить, где ты гуляешь?
Вика перешла на интересующую ее тему. У них не принято было допрашивать друг друга, да и времени на это не было. Но Вике все же было любопытно, где пропадает ее подопечный. Она чувствовала ответственность за мальчика.
— В лесу, — пожал плечами Вук.
— Помнишь, ты как мне сказал, что поймал полевку?
— Да, очень маленькая, но вкусная.
— А где ты ее готовил? Ты жил в замке? — спросила девушка.
Вика лично видела, что в замке не было следов проживания.
— Я жил в лесу, — ответил Вук. — И я съел ее живьем. В таком виде я бы не смог съесть живую мышку, но волку она понравилась.
Вика вгляделась в его глаза, и вдруг с пониманием кивнула. Она подозревала это уже давно. Конечно, этот мальчик был тем волком, который принес ее в Башню.
— Я не мог без тебя превратиться, ты знаешь? Так и бегал волчонком. Странно даже, что не забыл человеческую речь... — Вика покачала головой, а он продолжил. — Ты сыграешь важную роль в войне, так говорили наши вожаки. Сейчас они все мертвы, только я один спасся. Они говорили, что Защитник родился там, где должен был. И что он вернется в Вахоланию, когда будет готов.
— Ничего не понимаю, что ты говоришь, — Вика прервала разговор, который волновал ее. Она не понимала и боялась этих слов. — Я попала сюда по ошибке, мой дом в другом месте.
— Неужели ты не понимаешь, какое место ты бы не считала своим домом, скоро не будет ни Вахолании, ни России.
— Что ты имеешь в виду?
— Невзор скоро пробудит древнюю силу. И он забрал уже достаточно магии, чтобы жил сделать. Ему лишь нужны дети, благо вахоланцы смогли спрятать их.
— Отишна, — поняла Вика.
— Да, Тара знаешь о планах Невзора. И с самого начала войны уводила детей.
— Невзор забрал всех детей с самолета, — сказала Вика.
Вук испуганно вскрикнул.
— Это плохо, очень плохо, — сказал он. — Сколько детей там было?
— Около двадцати. Зачем они ему? Он их не убил, а забрал с собой и запер в гараже. — Ужасное подозрение вдруг омрачило ее лицо. — Они что, жертвы для пробуждения силы?
Вук не ответил, но Вика поняла, что права.
— Нам нужно их найти! Сейчас же! — она повернула к воротам, но Вук мягко ее остановил. — Вика ощутила волчью силу в его руках.
— Нет, ты можешь уйти, — сказал он. — Твоя задача — восстановить замок. Только так у нас появится сила для борьбы с ним. Башня Солнца — сердце Вахолании. Ты же видишь, восстанавливая его, ты оживляешь сам город. Ты должна быть здесь, пока все не восстановишь, только так.
— Я должна подметать дорожки от листьев и протирать мраморные полы в замке, когда людей убивают, а детей приносят в жертву? — со слезами на глазах и в полном отчаянии прокричала Вика. — К черту все это!
— Да, именно так, — с нажимом ответил Вук. — Ты будешь трудиться, как и вся твоя родня до этого. Ты из рода воинов и кровь у тебя горячая. Вы все бредите приключениями, но ваша доля — охлаждать свой пыл и со смирением заниматься рутиной — это и есть самое сложное. Ты заметила, что почти не спишь, а усталость спрятана глубоко внутри? Это вода, она придает сил. Ты будешь завалена заботами и почти не сможешь отдыхать. И будешь страдать от бессилия, но ты справишься.
Вика села на землю. Столько вопросов и такая обида. И дети, ее сын, Вестгард и все остальные, как же они?
— Ты сказал я из рода воинов, с чего ты взял?
— Ты знаешь, кто твои родители?
— Мама стоматолог, отца не знаю. — Вика и на этот раз решила не рассказывать о Старцах, ни к чему это. — Но мама... приемная, она удочерила меня в два года, когда узнала, что не может иметь детей.
— А как ты попала в детский дом, знаешь?
— Нет, она не рассказывала, да и я не хотела ее тревожить. Она любила меня, а я ее.