— Мама, я хочу к тебе, мне страшно, — плакал Макс.
— Я знаю, что тебе страшно, — ответила Вика. — Я заберу тебя, обещаю. Но ты должен делать то, что я тебе говорю. И не говори вслух, думай про себя, хорошо?
— Нет, я хочу домой, я хочу к тебе, — его голос дрожал.
— Послушай меня. Это плохие люди. Но не бойся, я рядом, я заберу тебя. ВЕди себя очень тихо, ты понял? Оглянись назад.
Макс кивнул, вытер слезы, впрочем, без толку, потому что они полились снова, и повернулся. За мальчиком шли около двадцати детей. И сзади за ними никто не смотрел, не ожидая, такие маленькие дети могут попытаться убежать. Впереди через пятьсот метров наверх вела лестница. А чуть ближе в стене был разлом, достаточно широкий, что в него плечом к плечу могли пройти двое взрослых мужчин. Вика поняла, что это их шанс. Действовать придется быстро.
— Макс, иди медленнее, пусть все пройдут вперед.
Мальчик замедлил шаг, пропуская вперед других детей. И вот он уже шел последний. Другого шанса может не быть. Дети подошли к дыре в стене, с которой вода капала на пол.
— Быстро и тихо прячься в дыре, Макс! Вот, еще пару шагов, давай!
Макс нырнул за стену. Вика прислушалась. Шаги удалялись. Черный не заметил пропажу одного ребенка.
— Мама….
— Тише, родной, тише, пусть они уйдут. Сиди тихо и жди меня….
Внезапно Вика открыла глаза. Она сидела на скамейке. Похоже, она отключилась. Это был всего лишь сон, мечты ее больного воображения? Тело ломило от боли. Сдерживая рвущийся крик, Вика смотрела перед собой. Люди, оставшись без конвоя, словно очнулись и осмелели. И страх за детей заставил их искать выход из положения. В стороне собралась группа мужчин, которые рассуждали о том, кто эти солдаты, зачем они забрали детей, и продумывали план спасения. Женщины, которые летели вместе с детьми, сидели на лавках и были не в состоянии говорить. Они словно обезумели: мотали головой, разговаривали сами с собой и всхлипывали, иногда начинали кричать, но через минуту замолкали.
— Они живы, — сказал мужчина с горбинкой на носу. — Может, солдаты хотят продать их?
— Ага, на органы, — сказал кто-то за их спиной.
После этих слов у нескольких женщин началась истерика. к разговору мужчин присоединились остальные пленные.
— Замолчи! — рявкнул пилот. — Если бы они хотели нас всех убить, то не стали бы разделять. К чему столько заморочек?
— Верно, — подхватил парень в очках. — Убить можно было, не разделяя нас и не запирая здесь. Я уверен, дети в порядке.
— Когда они откроют дверь, мы спрячемся и вырубим тех, кто зайдет. Заберем у них оружие и прикончим солдат за дверью, — сказал красивый блондин.
Вика не видела, но знала, что каждое их слово пишет видеокамера. Она подняла голову и посмотрела прямо на нее. Но в такой толпе на нее никто не обратил внимания. Камера была настолько мала, что Вика не была уверена, что и в самом деле видит ее, она просто чувствовала, что камера есть, что за ними наблюдают. Но девушка не одна увидела камеру. Шатен стоял в углу и негромко переговаривался с друзьями, так, чтобы никто не услышал их. Они спорили о чем-то. Шатен выглядел среди них как исполин. Высокий и стройный, с широкими плечами и уверенными движениями, он стоял, подняв бровь и сложив руки на груди, и смотрел на худого товарища в очках.
— Антон, дело не в тебе, или во мне! Ты не понимаешь? — спросил он.
— Но, Вестгард, так нельзя … — возразил Антон.
— Нет, мы не сделаем это. Надо подумать, — Вестгард потер лоб.
Услышав слова блондина, он поднял густые брови и переключил разговор на него.
— Белизар, а тебе не кажется, что вот это может испортить ваш эффект неожиданности? — сказал он и показал на камеру.
— Да она вообще не работает! — отозвался Далибор.
— Мы не может оставаться в стороне, — ответил Белизар. — Мы должны хотя бы попытаться.
— Но ты, — один из друзей посмотрел на мальчика лет пятнадцати, — не лезешь в драку, ясно?
— Еще чего! — нахмурился парень.
— Никита! — повысил тот голос. — Я сказал — ты не вмешиваешься!
— Лукас, я тоже хочу помочь!
Но Лукас был непреклонен, и Никита отвернулся, обиженный на несправедливость. Остальные решили попытаться выбраться, несмотря на камеру.
— Я помогу, — к ним подошел пилот.
Друзья кивнули, и, поскольку больше никто не изъявил желания присоединиться, обсудили незамысловатый план. Он заключался в том, чтобы застать солдат врасплох, когда те зайдут в бункер. Они заняли позиции: Далибор с пилотом встали с одной стороны двери, а Лукас и Антон — с другой. Белизар расположился в пяти метрах напротив двери, чтобы, сделав вид, будто не собирается вмешиваться, вовремя помочь друзьям.
Вестгард покачал головой и пошел к ним, чтобы остановить или помочь — он еще не решил. Но он не успел подойти к друзьям — дверь распахнулась. Камеры работали, это поняли все, потому что черные были рассержены и готовы к нападению возле двери. Десять человек с дубинками сразу повернулись к засаде. Превосходя противника числом и имея преимущество в виде оружия, они в два счета их скрутили.