Погладив сестру по голове, Мэзэми ее похвалила:
— Тэмико-тян, я всегда знала, что ты у нас расчетливая и прагматичная стерва.
— Спасибо, Мэзэми-тян. Учись, пока я рядом.
Повернувшись, близняшки поклонились застывшему в стороне вышибале:
— Киносита-сан, было очень интересно. Можем мы использовать ваши идеи в будущей работе?
— Разумеется, — поклонился здоровяк в ответ. — Для меня большая честь, если мои почеркушки кому-то понравились.
— У вас свой особенный стиль. Очень характерный. И на портретах, и здесь. Мы попробуем объяснить художникам, как это не потерять… Когда мы сможем получить копии?
— Вам в электронном виде или на бумаге?
— Хорошо бы и так, и так.
— Через час будет, — бывший сумоист перехватил пытавшегося пробраться мимо парня. — Мэзэнори-сан, на завтрак у тебя десять минут. Затем на байк и лети в копировальный центр, который у метро. Там — в большом разрешении отсканировать каждый из листов и бумажную копию. Электронную версию на два диска пусть запишут и на месте проверят, что все читается.
— Охаё годзаимас, Мэдока-сан. На завтрак можно пятнадцать минут? Я только встал.
— У тебя уже девять. И часики тикают.
Поклонившись, парень кубарем слетел вниз по лестнице и зашумел рядом со стойкой:
— Кто покормит гонца? Мне уже бежать, а брюхо к позвоночнику прилипло!
Усмехнувшись, вышибала взял первый из выставленных набросков и сказал:
— Я пока упакую, чтобы по дороге не помялось.
— Домо аригато, Киносита-сан. Мы пока газету почитаем.
Газету гостьи прочли очень внимательно. Пробегавшая мимо Чихару притормозила и с любопытством уставилась на близняшек:
— Что-то хотите спросить?
— Нет, просто мама опоздала с советом.
— Каким?
— Вчера, когда мы проводили Тэкеши-сан, мама рекомендовала подумать о нем, как о будущем муже. Серьезный человек… Боюсь, с этим уже поздно. Для мужчины, которого лично отметил микадо, жен станет подбирать клан.
— Подбирать? — фыркнула креативный механик. — Он сам себе клан. Тэкеши-сан прислушивается к чужому мнению, но делает так, как сочтет нужным. Кстати, подруга у него есть. Про жену пока еще ничего не слышала. Ему только шестнадцать.
— Опекун у него есть?
— Да. Аки Исии, вместе живут в нашем районе.
— Значит, с восемнадцати лет. Если Исии-сан одобрит… Похоже, есть варианты.
Ошарашенно разглядывая парочку, которая продефилировала обратно к стойке, Чихару задумчиво потянула из кармана телефон.
— Вот кто просил язык распускать?
***
Телефон в кармане пиджака бесшумно завибрировал. Школа, нельзя аппараты использовать. Точнее — не всем можно. Я в данном случае прохожу по категории “наглый поц, которому раз-другой простительно”. Поднимаю руку, с обожанием смотрю на математика. После того, как я худо-бедно вытащил оценки за прошлый год и в этом не туплю на уроках, он сменил гнев на милость и потихоньку начинает подбрасывать разные дополнительные задачки. Типа — все равно половину урока бамбук пинаешь.
— Да, Тэкеши-сан?
— Абэ-сэнсей, можно мне на пару минут выйти? Похоже, дома что-то стряслось. Обычно меня не беспокоят во время уроков.
— Ты уже закончил? Хорошо. Вернешься, дам новое задание.
Вот так — плюшка и цена за нее. Все в одном флаконе.
— Слушаю.
— Гомен-насаи, Тэкеши-сан. Это Чихару беспокоит.
— Ага, узнал по голосу. Что стряслось?
— Как бы объяснить… Короче, две попсовые чувырлы подъехали. Говорят, будут для вас мангу рисовать.
— Есть такое. Высокие, с длинными волосами, на одно лицо.
— Именно. Сидят сейчас, чай пьют, с Тошико лясы точат… Они статью про вас прочитали и стали спрашивать, нет ли у вас жены. А я сдуру рассказал, что подруга есть, но вот женой еще не обзавелись. Так они в голос — как хорошо, мы на эту тему подумаем… Я опять слажала?
Вздыхает. А я с трудом пытаюсь удержать смех.
— Все нормально, Чихару-сан. Подумаешь, будущие работники стараются подлизаться к руководству. Может, за красивые глазки им премию дадут… Забудь, мелочи жизни. Лучше скажи, ты разобранную пару байков успеешь до фестиваля доделать? Вместе с аэрографией? Хотели что-то там брутальное изобразить.
— Байки? И металлолома? Да, железо уже почти готово, ребята помогли. В воскресенье начну красить и разрисовывать.