— Вот и отлично. Народ предупреди, чтобы не разбили их от радости, когда покататься возьмут. Потому что мы их на аукцион выставим, с твоим фирменным знаком.
— Знаком?
— У тебя нет еще клейма, как у серьезного мастера? Значит, за выходные придумаешь, в понедельник зарегестрируем… Просто пижонистые тарахтелки в магазинах до четырехсот тысяч идут. Мы поставим ценник от полумиллиона и аукцион. Неплохо заработаешь. Клубную фишку помнишь — решили два процента отдавать на развитие, остальное твое. Налоги заплатила и живешь, жизни радуешься.
— Так я не одна ими занималась!
— Проставишься тем, кто помогал. Можешь подарки сделать или деньгами отдашь, сами разберетесь. Главное — думай о важном. Байки, клеймо и твоя мастерская — это серьезно. А с будущими женами я разберусь, поверь мне.
— Все, поняла. Домо аригато, что объяснили. Просто боялась вам проблему создать.
— Проблема будет, когда мою рожу на билбордах в центре Токио влепят, грозились уже. Вот тогда от идиоток отбоя не будет, это точно… Все, удачи. Пойду дальше мучаться.
Вернувшись в класс устраиваюсь на месте, разглядываю два новых листка с мешаниной цифр. Вот и обещанные задачки.
— Все нормально, Тэкеси-сан?
— Абсолютно, Абэ-сэнсей. Двух жен сразу подогнали, попросили за ними место забить. Чтобы как только официально совершеннолетие стукнет, так сразу начал гарем набирать.
— Так тебе еще четыре года до этого, — удивляется учитель.
— Тут есть тонкости. Если опекуну кто-то сильно понравится, может и после восемнадцати благословить.
— Какой ужас, — соглашается со мной Абэ-сэнсей. — Надеюсь, ты понимаешь, что тебе пока рано о подобном думать. Ты еще даже школу не закончил.
— Полностью с вами согласен. Я же еще почти девственник, у меня даже приличной групповухи не было.
Прокашлявшись, учитель достает еще несколько листов и кладет мне на стол.
— Вот, делом займись. А то один ветер в голове. Весна, я понимаю. Но математика превыше низменных инстинктов.
— Хай, Абэ-сэнсей. Когда все надоест, уйду в монастырь, буду постигать высшие сферы. Интегралы и прочий ужас.
Когда урок закончился, ко мне подруливает Широ Такаги, с которым у нас потихоньку после его дня рождения снова начали налаживаться отношения.
— Гарем? Серьезно? Колись, где ты уже успел кандидаток набрать?
— Не поверишь, Широ-сан. Исключительно по личным рекомендациям. Болит у друзей за меня сердце, стараются в хорошие руки пристроить. Надо будет в клубе грязевую ванну поставить, бои организовывать. Говорят, у гайдзинов очень популярно. Заодно кандидаток проверим в деле.
Когда спускался по ступенькам к припаркованной в углу двора машине, меня нагнала Эйко Хаяси.
— Тэкеши-сан, а про жен ты шутил? Ну, что тебе уже кандидатуры подбирают?
— Шутил, конечно. Сама подумай, зачем школьнику жениться? Я же пока никто и звать меня никак. Вот устроюсь после университета на работу, займу должность младшего ответственного за уборку кабинетов, тогда уже можно на эту тему задуматься.
— Трудно с тобой. Никогда нельзя поймать, когда говоришь серьезно.
— Серьезно?.. — Притормозив, разглядываю девушку. В целом я ее понимаю. Хотя чувства не разделяю. Мне рассказали, кто приходил в госпиталь, когда полудохлую тушку пытались реанимировать. И если с подругой все ясно, то вот зачем это милое создание навещало — вряд ли сама объяснить сможет. Грустно другое — это Тэкеши могло быть интересно в первую любовь поиграть. А у меня кроме подростковых гормонов башка-арифмометр и холодный цинизм бездонный. — Наверное, нам когда-нибудь нужно будет серьезно поговорить, Эйко-сан. Потому что выдуманный тобой образ рыцаря на белом коне с действительностью никак не совпадает. Будет очень грустно разочароваться в будущем.
— Наверное, мне самой надо решать, что делать, а что нет.
— Наверное. Но я тебе одно скажу: нет у меня жен. И долго еще не будет. Подруга есть, может позже от ворот поворот даст, придется другую искать. Но жена — это совсем другое. Это надо не просто, чтобы две души в унисон пели. Это надо, чтобы на всю жизнь. Иначе я не умею. Сейчас не готов так, не нагулялся еще…
Улыбнувшись, помахал на прощание и потопал к распахнутой двери. Честно говоря — из головы разговор практически сразу выбросил. Потому как у меня сейчас еще по плану обед, затем разбор планов на будущее издательство и вечерняя пьянка. А к ней надо еще подготовиться. Кстати, на дверях клуба вроде объявление должны вывесить, что дискотека сегодня заканчивается ровно в восемь, без каких-либо “попляшем еще”. Затем — клуб на клюшку и дым коромыслом исключительно для своих. Вроде как “Тануки Чибо” собирались подъехать, хоть в живую с их лидером познакомлюсь. И еще по два-три человека от разных банд. Под это дело весь склад пивом забили. Оттянемся.