Телефон обиженно попытался уползти со ступеньки в траву, я его похватываю в последний момент. Интересно, кому это в семь утра делать нечего? Смотрю на номер и загадываю: повезет или нет? Вчера абонент не беспокоил. Так не станет же он мне новый день портить?
— Охаё годзаимас, Фудзивара-сан.
— Да, очень доброе… Насколько знаю, ты в это время уже встаешь.
— Совершенно верно. У школьников очень тяжелая жизнь — подъем ни свет, ни заря, затем лобную кость полдня морщить.
— Наслышан. В мое время еще нерадивых учеников колотили палкой, чтобы таким образом донести хотя бы крупицы мудрости. К сожалению, в настоящее время эта полезная практика почти исчезла из школ.
Раздумываю, к чему бы этот намек.
— Я вчера беседовал с разными людьми. В министерстве обороны. В министерстве финансов, кто зарубил прошлый проект модернизации центра береговой связи. В императорской канцелярии… Общий ответ на твой вопрос “да”, но согласовывать детали придется в любом случае. Я перешлю на почтовый ящик основной список документов. Там — план территории, затем два доклада экологов, которые в прошлый раз оценивали влияние стройки на дикую природу парка. Ну и еще разного по мелочи. Должен предупредить сразу, что легко не отделаешься. И прилегающую территорию в порядок приведешь. И береговой охране поможешь. По мере сил, разумеется.
— Домо аригато гозаймасу, Фудзивара-сан. Разумеется, я приложу все силы, чтобы разрешить возможные конфликты.
— Само собой… В письме будут указаны контакты людей, с которыми тебе надо встретиться. Чем быстрее нанесешь визиты, тем быстрее начнешь стройку. Я буду держать руку на пульсе, чтобы ты не сел серьезным людям на шею и не попытался возвести очередной комплекс Токийской Мэрии… У меня все. Удачи тебе.
— Осаки-ни-шитсури-шимасу [спасибо вам за ваш тяжелый труд], Фудзивара-сан.
Комплекс Токийской Мэрии, ха. За кого он меня принимает? Самый высокий небоскреб на данный момент в городе, эдакая громадина. У меня тупо денег не хватит. Хотя мысль интересная.
Убрав телефон в карман, думаю — блин, сколько еще беготни предстоит. Но результат!.. У меня будет свой крохотный домик. В Йокогаме. С гаражом для “крайслера”, парой квартир для самураев и балконом на верхнем этаже. Откуда можно будет сидеть и плевать в пролетающих мимо чаек… Думаю, ради этого стоит поднапрячься. Решено. На уроках постараюсь документы хотя бы разок посмотреть и выдрать нужный кусок архитектору. Пусть начинает пинать людей, кто займется привязкой территории, изысканиями на месте заброшенного фундамента и рисует смету для первого этапа. И как только Харада родит мне проект, я туда с удовольствием напихаю пулеметных башенок. На вырост. Если правительство не разрешит огнеметы с чем-то крупнокалиберным всобачить, то свое воткну. Многозарядная баллиста с копьями, где каждое кристаллическое острие залито под завязку дурной энергией от Тэкеши Исии. Ребята, вы мне сами атомную бомбу подарите и попросите больше не играться. Во избежание массовых жертв на континенте.
Глава 25
На тренировке в школе досталось Тэдэо Иноуэ. Парень зазевался и словил в ухо. Точнее говоря, по нему отрабатывали джеб, вот только он почему-то решил уклониться и вместо этого подставился. Не сильно, но обидно. Насупился, глаза злые. Я увидел, как сжимает кулаки и встал перед ним, оттеснив перепугавшуюся девчушку из младшего класса школы. У нее первое занятие — и вот, отвесила оплеуху.
— Тэдэо-сан, бей меня. Я, как сэнсей, не уследил за учеником. Сэкико-сан не рассчитала силы, понадеялась на то, что ты лучше подготовлен. Допустила ошибку. Но ее ошибка — это моя ошибка.
— Она специально.
— Специально, это если я врагу кадык вырвал. А во время тренировки бывает всякое… Но ты хочешь ответить. Ответь. Вот он я. Даже уворачиваться не стану. Джеб правой, ты же левша. У тебя он должен хорошо получаться.
Сидящий рядом с татами Нобору сама безмятежность. Водитель вообще на возню в зале смотрит как огромный волкодав на игры щенков неразумных. А вот Масаюки подобрался, чуть позу сменил. Погрозил ему пальцем — все вижу. Сам продолжаю:
— Злость, Тэдэо-сан, это поражение. Ты позволяешь другим влиять на тебя, заставлять совершать неразумные поступки. Поступки, за которые потом будет стыдно. Но, чтобы ты лучше это понял, я повторяю — правый джеб. Сейчас!