Через две недели после экзамена, Артём заключил договор на аренду соседнего с его цехом помещения. Оборудование должны были привезти, смонтировать и подключить в течении ещё одной недели. Пришло время обзванивать тех, кому свежеиспечённый обладатель лицензии руководителя пятого уровня хотел предложить должности бригадиров на его предприятии. Гоша значился в этом списке под первым номером. Под вторым – Николай, друг детства, с которым не виделись года три. Зато, до этого перерыва вместе учились и руководили смежными бригадами. Потом Артём получил лицензию третьего уровня и начал собственное дело. Затем – четвёртого, что позволило маленькой мастерской вырасти до цеха.
Если всё сложится сразу, то третья и следующие позиции в списке не потребуются.
Встретиться с товарищами, кандидатами на должности в расширяющемся производстве, Артём решил одновременно и назначил встречу обоим в кафе, почти напротив своего цеха, уже почти фабрики. Сказал, что хочет повидать старых друзей, заодно обсудить одно дело. В подробности не вдавался, подруг просил с собой не приводить, никаких. Чисто мужской междусобойчик. Оставалось позвонить в кафешку и попросить зарезервировать столик на следующий вечер.
Гоша появился чуть раньше. Николай пришёл вовремя. С Гошей Артём виделся не так уж и редко, жизнерадостный, уверенный в себе, прочно стоящий на своих ногах и, кроме расширения круга знакомств среди представительниц прекрасного пола, к кардинальным переменам не стремящийся. Николай, напротив, сильно переменился. В движениях появилась неторопливость, но не медлительность, а, скорее, взвешенность. Прежнюю лаконичность в одежде теперь правильнее было бы назвать простотой. И взгляд, раньше цепкий и проницательный, стал мягче и деликатнее.
– Ну, вещай, зачем звал, – начал Гоша, – соскучился, оно понятно, вот, что значит игнорировать шашлычный сбор, когда зовут.
– В следующий раз обязательно приму участие в организованном тобой бардаке, в смысле – шашлыке.
– Что на шестую лицензию не пойдёшь?
– Пока даже не думаю об этом…
– Ага, – Гоша широко улыбнулся, обнажив краешки зубов, – ключевое слово – «пока».
– Прикинь, Колян, – неугомонный товарищ уже обращался к третьему из компании, – пока простые бригадиры тянут производственную лямку, вносят свою лепту в рост и развитие экономики, звёзд с небес не хватают, кое-кто, под шумок, уже пятой лицензией обзавёлся. Это надо отметить!
– Отметим, Гош, за мной не заржавеет.
– Дык… может с этого и начнём, или есть другие идеи и поводы?
– Есть. За тем и позвал вас обоих, главным образом. Вон, туда гляньте, – Артём кивнул в сторону окошка, – видите синюю крышу…
– Ангар, как ангар. Промзона, как промзона. Странно, что кафешка рядом оказалась. В чём подвох? На этом ангаре какая-нибудь мемориальная доска есть, типа «здесь трудился, не жалея рук поэт и бард Дроччервахтер, безвременно почивший в беспробудности бытия»?
– Пошляк ты беспробудный… это мой цех, который я хочу превратить в небольшую фабрику, и мне нужны два бригадира. Ещё две бригады комплектуется. Так, что вначале будем отмечать, ваше новое назначение или мою лицензию?
К столику подошла официантка и принесла заказ, сделанный Артёмом заблаговременно, составила тарелки на стол и ушла за чем-то ещё. Вскоре вернулась с бокалами и бутылкой коньяка.
Гоша схватил коньяк и разлил по бокалам, не пролив ни капли, хоть и пялился в основном на уходящие ножки, затянутые в сеточку то ли чулок, то ли колготок.