– Да, – кивнул Влад, – Незачем терять бойцов, которых можно сохранить для настоящей битвы. Я добыл еды для воинов, пожёг, что не жалко, и отправился дальше – к своей истинной цели.
И тут вдруг Штефан опомнился и досадливо тряхнул головой:
– Но почему же ты сказал мне об этом только сейчас?! Застать врага врасплох это, конечно, хорошо, но ведь я должен кликнуть клич, чтобы все, кому дорога справедливость, отошли от Петра Арона, этого подлого убийцы, что сидит сейчас на молдавском троне, и собирались под моё знамя. Когда же я должен собирать людей, если мы вот-вот придём в Молдавию?!
– Не тревожься об этом, – непринуждённо произнёс Влад. – Молдовен сделал за тебя всё необходимое ещё в конце зимы.
– Как? – только и выдохнул друг.
– Он поговорил кое с кем из молдавских бояр, и они ждут, пока ты явишься, готовые встать под твоё знамя. – Влад снова улыбнулся. – Заодно мы проверили их преданность. Ведь они могли рассказать о наших делах твоим врагам, но не сделали этого. Значит, будут верны тебе по-настоящему.
– И сколько же людей будет под моим знаменем? – с любопытством спросил Штефан.
– Две тысячи.
– Значит, есть ещё в Молдавии достойные люди! – радостно воскликнул будущий молдавский государь, но тут его снова одолело любопытство. – А скажи, брат, как же Молдовен их уговорил? Я понимаю, что это люди честные и всегда готовые отстаивать правое дело, но они ведь не могут знать заранее, окажусь ли я лучшим полководцем, чем Пётр Арон, который убил моего отца. Они видели меня только в битве у села Красна, где я сражался как простой воин, а больше нигде толком не видели. Как же они всё-таки согласились?
– Их и уговаривать не пришлось, – пожал плечами Влад. – Молдовен сказал им, что тебе помогу я, и они сразу уверились, что ты победишь.
Первое сражение случилось на реке Сирет, возле города под названием Роман. По утрам от реки расползались густые туманы, мешавшие хорошо видеть вдаль, но благодаря Молдовену, знавшему здешнюю местность, Влад мог представить себе, как она соотносится с тем, что отмечено на карте.
На севере от Романа большой торговый тракт, тянувшийся через широкие пастбища, делился надвое, и оба пути вели в молдавскую столицу Сучаву с той лишь разницей, что один путь был короче, а другой длиннее. Остановившись на развилке, Влад повернулся на восток и начал обозревать широкую полноводную реку, имевшую множество красивых изгибов и живописных островов-мелей.
В кои-то веки румынский государь не предложил находящемуся рядом Штефану полюбоваться природой. Лицо Влада было очень серьёзно, и он спросил Молдовена, указав рукой вправо:
– Значит, вот там есть мелкое место, где реку можно перейти вброд?
– Да, государь, – кивнул боярин.
– И это место единственное поблизости, хотя на реке много мелей?
– Да, государь, – снова кивнул боярин. – Крестьяне, которые живут на дальнем берегу, в селе Должешть, переправляются только в одном месте. А в других местах, говорят, берега очень топкие. Перейти-то можно, да у самого берега увязнешь.
– А вон там укрытие, про которое ты говорил? – продолжал спрашивать Влад, теперь указав рукой влево – туда, где на ближнем берегу реки зеленел лес.
– Да, – в третий раз кивнул Молдовен. – Лес этот чистый. Бурелома в нём нет. Так что наша конница вполне может там спрятаться.
Меж тем войско Петра Арона, которого Влад хотел свергнуть, уже двигалось из Сучавы. Добравшись до развилки, Пётр Арон упёрся взглядом прямо в реку и увидел, что румыны стоят на дальнем берегу. К тому же Влад, чтобы со своей ратью наверняка оказаться замеченным, послал к развилке конный разъезд, который, почти столкнувшись с неприятелем, во всю прыть поспешил обратно.
Румынские всадники переправились к своим, таким образом выдав врагу, где же находится брод, а молдавский князь Пётр Арон, глядя на это, призадумался. Он был человеком хитрым и осторожным. Потому-то в своё время не стал биться с Богданом, а предпочёл застигнуть того в селе Реусень. Теперь же хитрец видел, что войско румын защищено рекой не хуже, чем крепостной стеной, и что румынам было бы выгодно, если б их супротивник попытался взять брод и неминуемо понёс бы при этом большие потери.
«Незачем лезть на рожон», – наверное, подумал молдавский государь, которого Влад хотел свергнуть. Вот почему войско, пришедшее из Сучавы, не стало лезть через реку, а предпочло двинуться вдоль берега по дороге, чтобы остановиться под стенами города Романа. Очевидно, молдавский князь хотел в итоге занять такое место, чтобы держать врага в поле зрения и в то же время прикрыть свой тыл.