- А тебе зачем? Давай прямо так.
Она запустила мне под майку руки. И сняла её с меня. Скинул штаны. Поднял Валю на руки и зашёл в воду. Теплые волны ласково приняли нас. Мы с ней купались. Она смеялась и повизгивала, когда я пытался её поймать. Когда всё-таки ловил, то обвив меня руками и ногами с жаром целовала.
- Это тебе награда, смеялась она.
- Этой награды слишком мало.
- Большая будет потом, когда останемся одним и за нами никто не будет подглядывать.
Потом ещё стояли по колено в воде. Любовались луной и лунной дорожкой, которая бежала по поверхности моря.
- Валь, я так счастлива. – Проговорила она, нежась в кольце моих рук.
- Главное, сохранить это счастье.
- Да, Валечка.
Закрыть глаза… Услышать море…
Обнять тебя, забыть о боли…
Принять тепло твоей души…
Коснуться губ твоих губами,
И пить, как терпкое вино,
Твой поцелуй, такой желанный…
И верить в счастье…
Вот оно…
Валя замолчала, глядя на лунную дорожку.
- Хорошие стихи. Чьи они? – Спросил у неё, целуя в мокрую макушку.
- Татка.
- Не понял?
- Татка. Фамилия такая. Зовут Татьяна… Вроде бы.
- Почему вроде бы?
- Инициалы «Т». Хотя может и Тамара. А ты чьи стихи читал?
- Михаил Русанов. Пошли гном мой. Уже поздно.
- Я вся мокрая.
- Ничего. Пройдёмся, подсохнешь. Вон как тепло. А дома всё равно надо прополоскать всё в пресной воде. От соли.
- Валь, тогда может зайдём к тёте Розе, я вещи заберу.
- Давай не сейчас. А то не дай бог увижу Лёвчика и такой прекрасный вечер будет испорчен.
- Как скажешь. Тогда мне придётся спать голой.
- Ничего. Сейчас лето и я рядом, не замерзнешь. Если что, я тебя согрею. Я же горячий.
Валя тихо засмеялась.
- Тогда мне нужно обязательно замёрзнуть.
- Уверена?
- Уверена. Я хочу согреться о тебя. Почувствовать твой жар везде.
- Везде, это где? – Оделся, взял её на руки. Она обнимая меня за шею, улыбалась, прижала свои губы к моему уху.
- Везде, Валька. На губах, на шее, на груди, на животе на ногах и самое главное, внутри себя.
- Это сколько угодно.
В доме у тётушки, мы залезли с ней в душ. Надо было избавится от морской соли. Хорошо, что тётушка с дядькой уже легли спать. И не знали, что я вернулся, да не один, а с женой. Кристина сидела в айфоне, а Ярика ещё не было. Естественно в душе мы не сдержались. Мне пришлось закрывать жене рот поцелуем, чтобы не разбудить стариков. Потом утащил её в свою комнату, которую мне выделили для проживания. Согревание продолжилось. Казалось бы, прошло очень мало времени, как мы были с ней в последний раз вместе. Но для нас прошла вечность. Я понял, что очень соскучился по своей пигалице, по своему маленькому гному. И она тоже. Такой страсти, желания, возбуждённости я у неё раньше не замечал. Уснули, когда занялись предрассветные сумерки. Валины прополощенные тряпки остались сушиться во дворе. Уверен, утром тётушка с дядькой будут очень удивлены…
Эпилог. "Я люблю тебя жизнь..."
9 месяцев спустя…
Середина мая. Молодая зелень и всё начинает цвести. Красота. Люблю я это время года.
Сидели с тестем и моим отцом на летней кухне. Вообще летняя кухня по сравнению с прошлым годом преобразилась. Стол был заменён на такой хозяйский, сделанный из массива на заказ, а не то подобие стола, которое я сколотил из досок. Лавочки были другими, они шли в комплекте к столу. Тоже сделанные на заказ у тестя. Там у него по этому делу, по индивидуальному заказу спецы работали, мама не горюй. Такие шедевры ваяли, что мёртвых уноси. Настоящие рембранты и рафаэли в одном флаконе. По мимо этого был полноценный мангал, печь и прочее, на чём можно готовит всякие вкусности. Причём топился он как дровами, так и на газе. Балон имелся. Сама летняя кухня была отделана деревом под черепичной крышей. Это опять же тесть постарался. Я был не против. Родители мои тоже не слабо помогли. Вообще я был старикам благодарен. Молодцы они. Сделали всё для своих детей и самое главное – свели нас с Валей вместе.
В саду, который я сам посадил ещё осенью, почти все саженцы хорошо пережили зиму и весной начали давать зелёные листочки. Тут были и яблони, и груши, и сливы, и кусты с жимолостью, и со смородиной, с малиной. Много чего. Я был довольный. Стали строить новый дом. Нет, старый не сносили. Всё же я крыльцо там сделал и крышу перекрыл. Если честно, то нам с Валюшкой нравилось там спать. Правда спали не на полу или кровати лохматых временно первых пятилеток коммунизма, а на нормальной, которую привезли позже. Очень часто с Валей ездили зимой сюда. Топили русскую печь, баню. Правда, когда выяснилась пикантная подробность, что у Валечки начал расти живот, парить её перестал. Вредно это беременным. Зато сам отрывался от души. Валя смотрела на меня грустными глазами, но ничего сделать было нельзя.