– Как ты мог не пустить меня к ней? – голос Валентины одновременно выражал и ярость, и недоумение.
– Не стоит подходить к королеве, госпожа, – видя, что девушка не собирается бежать, Колин отпустил её. – Ты ничего бы не добилась своим поступком.
– Колин прав, – поддержал телохранителя Арабидей, – если бы королева захотела пообщаться, то пригласила бы на аудиенцию или разрешила подойти сейчас. А раз придворные не пропустили, значит, таково желание правительницы.
Пришлось Валентине признать, что они правы, но теперь у неё пропало всё настроение гулять, и девушка повернула обратно к замку. Эта встреча всколыхнула в ней все чувства, которые она старательно подавляла каждый день: её любовь к дочери, надежда на возвращение и гнев вперемешку с отчаянием.
Вернувшись в свои покои, Валентина приказала оставить её и закрылась в спальне. Она свернулась калачиком на кровати и снова стала продумывать свой побег. Надо как-то попасть к башне эльфа и желательно встретиться с Зегмом. Он сможет провести её через Подземное царство в Королевство Единорога. А там она заберёт дочь, сестру с семьёй, и они исчезнут. Ну почему она не волшебница? Что для Чёрного колдуна, что для эльфа, границы не были препятствием, да и для Акиры в общем-то тоже. Сейчас бы она создала портал и оказалась дома.
Девушка встала и нервно заходила по комнате. Мечты, мечты, где ваша сладость? Колин прав, всё, что она может сделать сейчас, так это прилежно учиться, делать вид, что со всем смирилась, а потом сбежать. И плевать ей на это королевство!
Валентина остановилась и села на кровать, обхватив себя за плечи. Больше всего сейчас ей хотелось всё крушить, переломать всю мебель, порвать одежду в гардеробе, сделать хоть что-нибудь, лишь бы дать волю своему гневу, но вместо этого девушка элементарно разрыдалась. Потом рыдания перешли в истерику.
Что было дальше, травница не помнила. Пришла в себя она в объятиях Колина, Арабидей стоял рядом. Не было только горничной.
– Я в порядке, можешь отпустить, – сказала Валентина телохранителю. – Арабидей, у меня в туалетном столике есть настойка. Накапай пять капель в воду.
Юноша побежал выполнять поручение.
– Спасибо, – поблагодарила Валентина Колина, стараясь не смотреть на него. Почему-то сейчас она подумала, как страшно выглядит с красными опухшими глазами, и отёкшим лицом. Арабидей вернулся и протянул девушке чашку с водой. Валентина осушила её двумя глотками и попросила всех удалиться. К чёрту сегодня учёбу! Потом поучит эти заклинания.
Затем девушка откинула одеяло и, прямо в одежде, легла в кровать, отвернувшись от мужчин. Те переглянулись. Вроде приказа надо слушаться, но оставлять Валентину в таком состоянии им не хотелось. Скорей бы вернулась горничная. Та убежала за целителем.
Ждать пришлось недолго. Лекарь был свободен и сразу же поспешил к будущей королеве. Ничего страшного, на его взгляд, не случилось. Просто Валентине надо было хорошо отдохнуть. Крепкий сон и вкусная еда – вот её лекарство на сегодня. И обязательно вечером погулять перед сном. Целитель ушёл. Горничная помогла госпоже раздеться. Девушка болтала без умолку. Похоже, она решила пересказать все сплетни королевского двора. И Валентина была ей благодарна. Под эту болтовню у травницы стали закрываться глаза и вскоре она уснула.
Проснувшись, Валентина увидела сидящего в кресле Арабидея. Тот что-то читал. Однако, заметив, что госпожа открыла глаза, сразу же вскочил.
– А где Кира? – спросила девушка про горничную.
– Она отдыхает, госпожа. Уже середина ночи.
– А почему ты здесь?
– Целитель приказал не оставлять тебя одну.
– Со мной всё в порядке, можешь идти.
– Прости, госпожа, не могу. Целитель сказал, что лично открутит голову каждому, кто осмелится оставить тебя в одиночестве. Сначала с тобой сидела Кира, потом я. Твой телохранитель тоже сейчас отдыхает.
Валентина встала, завернувшись в одеяло, и подошла к окну. Не оборачиваясь, она спросила:
– А как на моей репутации отразится твоё присутствие в моей спальне?
– Никак, госпожа. Ты будущая королева и можешь приглашать в свою спальню кого угодно.
После этих слов девушка резко повернулась к юноше. Он стоял спокойно и, вопреки этикету, не отводил своего взгляда. Пожалуй, только сейчас она обратила внимание, как он красив: чуть выше среднего роста, худощавый, как Акира, светло-русые волосы собраны в хвост, а серые глаза смотрели очень выразительно. Не выдержав его взгляда, Валентина снова отвернулась к окну.