Валентин пожал плечами: — Да вроде не за что увольнять! Не прогуливал, не опаздывал, не пью, курить бросил.
—Ну, ладно, иди! — отпустил его начальник.
Валя догадывался, что внезапный вызов босса связан со вчерашними событиями в больнице и он не ошибся.
Куприянов подписывал какие–то документы, когда ему доложили о его приходе. Он кивнул, но продолжил заниматься своими делами, не обращая внимания на стоявшего около двери парня. Только покончив с документами и отложив в сторону последнюю папку, мужчина поднял голову и изучающе уставился на Валентина, сканируя того взглядом. Парень не спасовал и не отвёл глаз, продолжая стоять у двери. —Проходи! — поднимаясь из– за стола и направляясь к окну, бросил Куприянов. Остановился, засунул руки в карманы и качаясь с пяток на носки, глянул за окно.
— Сколько?
— Что сколько? — не понял Валя.
— Сколько ты хочешь денег, чтоб оставил в покое мою дочь? Сто? Двести тысяч?
Валентин оторопел от возмущения и неприкрытого цинизма: — Что ж Вы, Анатолий Игоревич, так дёшево цените свою дочь? — усмехнулся он. — Поднимайте ставку!
Куприянов обернулся: — Не паясничай! Бери деньги и убирайся, чтобы я о тебе даже не слышал! А то ведь могу сделать так, что вместо денег получишь небо в клеточку!
— Вы мне угрожаете, Анатолий Игоревич? — приподнял бровь Валя. — Это шантаж?
— Это предупреждение! Ещё раз увижу около Василины, пеняй на себя! Понял?
— Куда уж не понятнее! — хмыкнул парень. — Можно идти?
— Свободен! — Анатолий Игоревич проследил как за парнем закрылась дверь и набрал номер начальника безопасности: — Зайди ко мне! — приказал и в сердцах бросил телефон на стол. Очень уж ему не понравился взгляд парня, когда тот выходил.
А Валентин прямиком отправился в больницу в Лине. По дороге накупил всяких вкусностей, типа печенья, конфет, сока. Фрукты брать не стал, здраво рассудив, что не помыть, не почистить одной рукой девушка их не сможет. Сестричка, дежурившая в это время по отделению, поначалу, попытались его остановить, но он, обняв её за плечи и засунув в карман халатика небольшую плитку шоколада нашептал на ушко романтическую сказку о своей неземной любви к потерпевшей и о том, как злые предки пытаются воспротивиться этой любви.
— Ну, хорошо.— покраснела молоденькая медсестра и пропустила его в палату.
Валя тихонько открыл дверь и прислонился плечом к косяку, наблюдая за спящей девушкой. Та почувствовала его взгляд и открыла глаза. — Валя! Давно пришёл? А я тебя ещё вчера ждала. Мама с папой были, а ты нет! — Протягивая к нему руки, обиженно заметила девушка.
Он быстро пересёк палату и плюхнулся на кровать рядом с девушкой, наклоняясь и целуя Василину в губы. — Я был, но меня не пустили.
— Отец, да? — тая в руках парня и зарывшись здоровой рукой в его волосы, прошептала она в ответ.
— Угу! — Сил на разговоры не осталось. Валя понял, что если сейчас не отстранится от девушки, то нежный поцелуй перерастёт в нечто неконтролируемое. Он очень соскучился, да и страх потерять любимую никуда не делся.
Авария, отец девушки, оказавшийся его боссом, угроза разлучить их, всё это бурлило в крови парня и требовало выхода. Разрядки. Но он взял себя в руки и последний раз чмокнув любимую в нос, отодвинулся. — Ты как? Болит что–нибудь?
— Уже меньше. А ты пришёл и вообще перестало болеть! — На него смотрели сияющие любовью глаза. — Мне сделали обезболивающее.
—А давай я тебя украду? — вдруг пришла в голову Валентина бредовая идея.
— Давай! А как?
Парень почесал затылок: —Надо подумать! А тебя вообще куда— нибудь выпускают? Или ты, как арестант из палаты никуда? Шаг влево, шаг вправо — попытка к бегству, прыжок на месте — провокация? — рассмеялся он.
— Я не пробовала выходить.— поникла Лина.— Здесь вроде бы всё есть, даже душ и туалет. А вчера мне плохо было ещё — начала она оправдываться.
Валя вновь притянул Василину к себе, заключив в объятия, как в домик: — Бедная моя девочка! Как же тебя так угораздило? Ну, всё! Хватит! Больше никуда не отпущу! — целуя её в висок, пригрозил он. — Переезжаешь ко мне и это не обсуждается!
А Лина, уткнувшись парню в грудь и вдыхая его запах, молча кивнула. Она и сама уже согласна была съехаться. Пора признать, что без Валентина девушка уже не могла представить свою дальнейшую жизнь. — Меня родители обещали забрать отсюда завтра. — Поделилась она новостью с парнем.