Вроде бы все. Тетрадь можно спокойно передавать Данилу, а с этим розовым пришельцем разберусь потом.
Весь второй час я усиленно пыталась сконцентрироваться на законе сохранения энергии, но мысли то и дело возвращались к открытке, силой тяжести учебника по физике прижатой к парте. Внутри нее был напечатан простой Java код, с довольно-таки четким посланием: «ILOVEU». В одном я могла быть уверена точно - автор явно не Жданов. Шутка? Розыгрыш? Кому это надо? Врагов в школе у меня нет, а воздыхателей - тем более. «Надо же, - хмыкнула я про себя. - Малюсенькая, розовая, безобидная бумажка, а выводит из себя не по-детски».
- Догадываешься от кого? - спросила Завьялова, отдавая мне открытку, когда после школы мы сидели с ней в кафе-мороженое. Слова свои держу.
- Без понятия, - безразлично пожала я плечами, при этом сгорая внутри от любопытства. Наверняка кто-то из нашего класса. Из параллельных я знала пару учеников, опять-таки больше по просьбам «Дай списать», но ума не приложу, кто бы вообще до такого додумался.
- Видно кто-то решил подшутить, - выразила я догадку или надежду.
- Почему сразу подшутить? - удивилась подруга.
Я уставилась на нее взглядом, говорящим: «Кто в здравом уме напишет валентинку Назаровой?».
- Вдруг у тебя и впрямь появился тайный воздыхатель? - продолжила Дашка, отправляя ложку шоколадной вкуснятины рот.
Тайный воздыхатель. Подумать только. Больная фантазия тут же нарисовала образ загадочного незнакомца, подернутого дымкой таинственности и тихонько крадущегося к ничего не подозреваемому рюкзаку, в чье чрево бесцеремонно проникает пара рук с длинными узловатыми пальцами и спешным движением просовывает малехонькое сердечко в самый центр тетрадки с Данте. Будто знал, куда совать... Нет. Бред сивой кобылы, вот что это. Хотя...
- Знаешь, - сказала я, не отставая от подруги и уминая вафельный рожок. - А давай подумаем, кто это может быть?
Улыбке Дашки позавидовал бы сам Чеширский кот.
- Борискин? - я решила следовать алфавиту.
Мы обе повертели головой в унисон. Можно было бы даже и не выдвигать эту кандидатуру. Борискин дальше своих очков никого не видит и не замечает.
- Голубев? - продолжила я.
Обе задумались. Я достала блокнот и вписала имя потенциального кандидата в тайные воздыхатели. Сергей Голубев был смышленым парнишкой и разбирался в программировании, но не был на нем помешан, как я.
- Гришко? - подключилась Дашка, но тут же обе возразили: «Нет».
- Жданова даже не обсуждаем, - усмехнулась я.
Мы прошлись по списку всех мальчишек в классе и выбрали пятерых, кто мог написать закодированное сообщение. Вот только все наши доводы сводились лишь к знанию информатики. Какой бы богатой фантазией я не обладала, но представить хоть кого-то из них, покупающих столь приторную открытку, печатающих, вырезающих и вклеивающих этот несчастный код, было делом трудным, если не сказать невозможным. Да и с какой стати им заниматься подобной ерундой? Неужели сон про кирпич был вещим, только не мои мозги повредились? Ладно, о мотивах можно подумать потом, если вообще придется о них думать. А пока остается верить фактам.
Весь вечер я корпела над стратегическим планом, разрабатывая подход к каждому из бедолаг. «Что ж, - со вздохом подумала я, пробегаясь по списку глазами. - Придется устроить очную ставку подозреваемым в нарушении моего спокойствия».
Решила начать с Голубева. Чутье подсказывало, что именно он окажется виновным. При допросе первые же секунды вам скажут - врет человек или нет. Главное не спускать с объекта глаз и замечать малейшие изменения в его поведении. Воспользовавшись обычной задержкой учителя перед уроком, я прошмыгнула к Сережке. Потрепав пацана по плечу, дабы приковать к себе голубевское внимание, столь не ко времени занятое беседой с Кислициным, я тут же небрежным жестом бросила маленькую розовую открытку на парту, вперившись при этом в его лицо.
- Что-то ты припозднилась с валентинками, Назарова, - усмехнулся тот, с легким удивлением в глазах. - Но, признаться, польщен.
Хотелось завыть от разочарования, глядя, как Голубев, раскрыв открытку, бегло пробегает по ней глазами.