Опять шум шагов, я обернулся, открывается дверь — Катя, серьезная донельзя! С ней, правда, два мужика, но они — так, декорации… Совершенно идиотская улыбка сама лезет на лицо, и ничего с ней поделать не могу. Она проходит к Светлане, которая сразу же начинает командовать.
— Семен, вместе с Валерой идете к его машине, забираете… Валера!
Я вспомнил, где я и кто я.
— Да-да?
Мхатовская пауза, потом в глазах Светланы зарябили смешинки.
— Ах, вон оно что… Теперь всё понятно, рыцарь павшего коня. Значит так! Забираете блоки, приносите сюда, Семен, ты ими занимаешься. Джон!
Она переходит на английский, а Семен, никак не похожий на великого программиста, протягивает мне руку.
— Привет! Пошли?
— Минуточку!
Джон, полноватый солидный мужчина, потребовал объяснений. Я в третий раз за сегодня пересказал историю своего появления. Джона этого, въедливого, как хлорка, отчего-то больше всего интересовали мои впечатления при переходе и описание найденных покойников — типа не самоубились ли они массово или не переубивали ли они друг друга. «А в каких позах лежали? Ах, некоторые сидели? И в каких позах сидели?» Последним вопросом он меня выбесил уже конкретно, и я рявкнул, что, дескать, развалились они на оттоманках и в такт взмахам опахала отвешивали пендели машущему им лиловолицему негру в недоподанном кому-то манто. После этого он, наконец, он от меня отстал, и мы с Семеном пошли за компьютерами.
Когда мы вернулись, этот светоч орденской науки вовсю колотил пальцами по клавиатуре принесенного с собой ноутбука, одновременно беседуя со Светланой. Следом, почти наступая нам на пятки, вошли Фокли с Иваном, оба нешуточно запаренные. Фокли сразу схватился за телефон. Я откровенно любовался Катенькой, при этом активно грея уши — Джон чуть ли не с пеной у рта доказывал Светлане, что «подобное неоднократно встречалось в его практике и приносило плоды». Типа я вовсе не уникум, а эдакое явление из разряда shit happens!
— Кен! Ке-ен!
Осознав, кто его зовет, Фокли оставил в покое средство связи.
— Да?
— Обеспечь Семену рабочий процесс, пожалуйста.
— Я этим и…
— Всё, поняла.
Я решил внести свою дольку хаоса в нарастающий бардак и перевел взгляд на Светлану. Неохотно.
— Светлан, на пару слов.
Она окинула взглядом кабинет.
— Пойдем выйдем!
Двусмысленно прозвучало, но ладно, заострять не буду. Я пропустил её к двери и вышел следом.
— Что?
— Кроме этого вашего Эммета Брауна кто-нибудь ещё разбирается во всей этой хренотени?
После недолгого раздумья она кивнула.
— Тогда я думаю, что было бы неплохо сразу и проверить…
— Так, так…
Она открыла дверь и вызвала Катю. Та быстро вышла, прикрыв за собою дверь.
— Сейчас отксеришь…
Я прервал раздачу ЦУ.
— Ксерить не надо.
Я достал ещё один лист бумаги.
— Тщательно переписал всё, что касалось перемещения, в которое так неудачно вляпался. Катя, можно вопрос не по теме собрания?
За запунцовевшую девушку ответила Светлана.
— Катюш, переходишь на остров и напрягаешь научников той же задачей.
Катя кивнула и унеслась. Я с грустью посмотрел ей вслед.
— Валера! ВАЛЕРА!!!
Да что ж такое! Я отмер.
— Да, простите!
— Не прощу!
Светлана помассировала холеным пальчиком набежавшие на лоб сердитки.
— Не время и не место — это раз. Но это ещё ладно. Но она — моя!
Я по-настоящему неприлично на неё вылупился.
— Да! Да! Да! Мы с ней жили вместе… Три года. И сейчас периодически встречаемся. И такому бандерлогу, как ты, я её отдавать не хочу.
А я — что я? Как-то враз понял, что устал, как Мамлакат Нахангова в конце сезона сбора хлопка. А вдобавок я постарше вдвое или втрое, не помню уже. И с коктейля пережитого и перечувствованного такая тоска на меня накатила!
— Свет! У меня шансов — мизер, это я понимаю. Знаешь, пошлет — так пошлет! Твоя-то какая печаль?
— Запрещаю.
— О как! Тогда избавляйся от меня. Попробую по-любому.
Она неожиданно улыбнулась и махнула рукой.
— Хрен с тобой. Хочешь — пробуй! Будет…
Что будет — я так и не узнал — взъерошенный Фокли распахнул дверь.
— Я позволил себе вызвать дополнительную вертушку, теперь два борта готовы к вылету. Сформирован отряд из свободных от дежурства. Без русскоговорящих.
— Кен, ты — чудо! И распорядись — нам, похоже, предстоит потом дорога дальняя. Пусть готовят к вылету «корову».