В банке на меня посмотрели слегка настороженно — толстая рыжая дама только дух перевела, и тут опять я. Но — «Орден прежде всего!»: и проконсультировала, и оформила, и перевод на обратную конвертацию провела. Сереге я отправил вполовину больше — а ну как понадобится, а у них не будет? Завтра-послезавтра я ещё смогу сконнектиться, а потом — всё. О! Самое главное-то! Как им, собственно, сюда перебраться-то???
С этим же вообще никаких проблем не было. Я на «приемке» только заикнулся — меня враз отправили в так называемую Службу Перемещения. Всех расходов — одна тысяча экю за голову, зато ребят теперь и скомпонуют, и помощь окажут почти любую, и от имущества лишнего избавиться помогут… Я, доверив им Серегины координаты и выдумав «пароль для опознания», опять отправился к связисту.
— Прапор! Опять я.
— Хай, мэйджор! И?
— Знач так. Те звякнут, скажут «ларек с афганскими бананами». Это типа от меня. Этот человек поможет по-всякому. И колеса от Гешки доставить, и вас переправить. Гешка колесами занимается уже. Наших обзвони, у кого проблемы появятся — он решить поможет, типа продать чё ненужное или что с собой не взять, а оставить некому. А! Во! Из того, что узнал — чая здесь нет от слова «совсем» и с привычными сигаретами пока беда. Так что Айвара и Леху предупреди. Чай бери лучше листовой… А вот кофе здесь потрясающий. Всё, пока. Да, если что — я ещё два дня смогу позвонить, потом — всё. И — тот же, наверное, человек передаст капусту. С Гешкой сразу свяжись! Ага?
— Ага. Покеда.
Теперь выгрести и выкинуть из кабины тухляк, чтоб не вонял, и можно поискать, где кости кинуть. Спать рано, а вот под сенью струй поплескаться — это дело, а то взопрел уже. И пожрать не мешало бы. А там, глядишь, и до разбора остатних трофеев дело дойдет. Стоп! Стволы в кузове… Это хорошо, что Иван никуда не ушел! А может, он и не собирался уходить?
— Вань, проблема!
— Что ещё?
— У меня в кузове стволы…
Иван думал недолго.
— Пошли.
— Куда?
— Драть верблюда, пока лежит. А то убежит! За сумкой!
Я плохо понял, за какой, но пошел за ним. А привел он меня в магазин! Я от удивления разинул варежку — и было от чего. Оружейный магазин — это зал, прилавок, продавец… Всё присутствовало, и продавец был даже не один, однако помимо описанного наличествовал, так сказать, товар, стоящий, лежащий и даже висящий! И всё можно было и потрогать, и примерить к руке и плечу… Из ступора меня вывел Иван, подтолкнув к прилавку.
— У тебя там оружия много?
— Д-д-да…
Я всё никак не мог отойти от изобилия перед глазами.
— Больше десяти единиц?
— Ага…
Иван вытребовал у меня две сотни — я просто достал из кармана пачку местных «игральных карт» и протянул ему. Он что-то говорил, жестикулировал — я в подробности не вникал. В себя меня привел очередной толчок в спину.
— Пошли. Закончим с тобой — вернешься и глазей, сколько влезет. У меня времени не вагон.
На площадке отстоя Иван привлек «местного» патрульного, объяснил ему, что и как, и смылся. А я «под присмотром» извлек весь свой арсенал и уместил его в свежекупленную тару. Солдатик опечатал сумки, козырнул и повторил действия Ивана. Всей пользы от него — вытянутая в пространство рука в ответ на вопрос насчет ночлега и перекуса.
«Теряю былую легкость!», «Люди! А-у!» и отчего-то «А там как прежде бьют фонтаны!» — две цитаты из фильмов и одна — из идиотской дембельской песенки прошлого века по очереди проносились в голове, пока я с только одной оружейной сумкой на плече пересекал хорошо освещенное и просто замечательно прогреваемое пространство в указанном направлении. На подходе был истошный вопль Брондукова из «Человека с бульвара Капуцинов»: «Скорее! Я умираю от ползучей жажды!». Или это не Брондуков орал? Я вломился, ворвался, впал в — аллилуйя! — кондиционированную прохладу местного отеля. Я даже «здрасьте!» сказать не успел.
— Вам срочно надо пива! Или, — в голосе добавились какие-то странные нотки, — воды?
Вопрошавшая женщина, скажем так, удивляла. То, что можно было увидеть из-за стойки, заставило бы рыдать от восторга Рубенса и Кустодиева. Ну и Швейка заодно: вкусы у них, похоже, были одинаковыми насчет женской красоты. Не-не-не, я уважаю чужие мнения, но здесь я слегка подзавис. Дама наливала пиво в миленькую такую глиняную кружку-литрушечку. Так вот: кулак у неё был немногим меньше кружки! Я обреченно кивнул.