А досада была сродни той, которая возникает у юношей, которым седомудрые дяди на пальцах объясняют нечто вполне им понятное и своеобычное. Вот нас приблизительно так и осадили. И ничего глумливого себе не позволяли — так, проскальзывало пару раз мимолетно в глазах… мол, не в своей песочнице играть вздумали. И вроде нашего возраста военные — ну плюс-минус пятилетка — однако ушли они далеко вперед от нас. Короче, вроде и договорились мы обо всем, и удовлетворение чувствовалось, однако присутствовала некая доля противоестественности, что ли. Вот как поимели вроде как, и понимаешь это, а положение таково, что без этого — никак… Путаное объяснение ситуации, но, как высказался кто-то из власть предержащих, «реальность такова, какова она есть, и больше никакова!». Правда, ПРАшники вовсе не предложили помощь за «долю малую» — они сразу обозначили свой интерес, договариваясь, так сказать, «на берегу». Ровно половина от «найденного» — если будет что находить. Ну и первоочередность в выкупе нашей техники — если мы будем от неё избавляться.
В путь до «промежуточного старта» — некоего Аламо, эдакой «витрины» одной из местных «штатовских» территорий для переселенцев, движущихся по нашему маршруту — мы в «урезанном» составе выехали через неделю. В чем смысл такого дробления некогда «единого» пространства в новоземельских условиях — я сперва не понял. Потом припомнился отечественный «парад суверенитетов», историческая роль Древних Укров в победе над татарами и Туркмения — «родовая палата цивилизации» — и всё встало на свои места…
Мы — это два танковоза, мой КамАЗ с прижившейся сзади «трофейной» бочкой, «Урал» и бээрдээмка — ей предстояло выполнять её привычные функции. Танковоз от неё радостно купили армейцы с условием, что «ниву» и второй грузовик они доставят на нем в ПРА. Туда же — от Аламо — с ним отправятся и женщины, а мы там должны будем встретиться с «посланными навстречу» нам армейцами и уже такой вот теплой, крепко сбитой компанией уже отправиться за «чужими зипунами».
Про дорогу «местные» не соврали — вполне себе ровный проселок эдакий, местами даже отсыпанный, без глубоких колей, ям и прочих радостей. Особенно радовало отсутствие неожиданных поворотов градусов на девяносто и непонятных петель, что на отечественных дорогах встречается повсеместно. Ну там-то не удивительно — как ямщик спьяну проехал веке в семнадцатом, так с той поры по его лыжне все и прутся, изредка подсыпая совсем уж непреодолимые препятствия. Ну и редко, но встречающиеся заправки с обилием чистой холодной воды — вот и все приятства. Остальное было минусами. Жара, пыль, при попадании на потную кожу превращающаяся в грязь и затекающая потом туда, где и так уже жарко и грязно. Ну и сама работа «дальнобойщиком» перестала радовать к концу первого дня. Хорошо, у нас имелась возможность меняться местами — не в одиночестве ехали… И без «разрекламированных» боестолкновений обошлось: то ли подвыбили уже всех желающих быстро разбогатеть, то ли не вписывалась наша колонна в местное понятие «легкие деньги».
Но всё-таки в тупой и методичной работе есть и свои плюсы. Если определенный круг не всегда приятных, но необходимых обязанностей принять как данность, то отсутствие пустых переживаний по этому поводу освобождает «машинное время» для обдумывания массы тем. А наличие сменщика-собеседника вообще сводит «гомерический геморрой» до уровня уборки за щенком… Так что ехать было интересно и иногда даже весело. Если бы не пыль с жарой ещё, то переход Порто-Франко — Аламо воспринимался как тяжелая, но интересная поездка.