Через два дня капитан Фоканин, начальник нашей «икспидиции», скомандовал «Снимаемся!». Выспавшиеся и слегка отдохнувшие, мы свернули лагерь и тронулись в путь.
Перевалив через линию то ли высоких холмов, то ли остатков очень старых невысоких гор, наша колонна неторопливо подошла к «точке высадки». Славно здесь орденские вояки покуролесили! Одни развалины, вдобавок уже слегка затянутые местной растительностью… Фоканин отозвал меня в сторонку.
— Ну, ковбой, к водопою ты нас привел. И что дальше?
— Вообще-то это реплика лошади! А дальше — орех!
Я достал из нагрудного кармана куртки одну из трех схем — на каждой было указано только одно место с потенциальным «кладом».
— А остальное?
Я покачал головой.
— Тащ капитан, давайте слона по кусочку есть, не торопясь и вдумчиво. Разведаем одно, учтем всё, чтоб никому не обидно не было — и за следующее примемся!
— Время теряем!
— А у вас саперов на всё сразу хватит?
— Не понял!
— А что понимать? Съездили в одно место, спецы проверили, дали добро, счетоводы наши всё учли — потом отправились дальше. И ни у кого ни к кому ни претензий, ни подозрений! Я неправ?
Фоканин нехотя кивнул. Ну и мы отправились.
Вообще, если честно, обнаружить «потаенки» при желании можно было и без нас. Ту же разведку настропалить или с воздуха облететь — не знаю я специфики, и что им помешало я и знать не хочу. К первой «пещере Алладина» вела пробитая колея, слегка уже заросшая — по ней мы и двигались не спеша. Двигались, двигались, и додвигались.
Сперва мне показалось, что кто-то неостроумно и довольно дорогостояще пошутил. Под кронами местных высоченных деревьев, укутанные масксетями, стояли образцы бронетехники. Шесть танков на танковозах, копиях наших, четыре объемистых топливозаправщика на базе КрАЗа, две ПАРМ на том же шасси, пять бэтээров и два КамАЗа с кунгами. В голову лезло хрестоматийное «И тишина-а-а». А следом — столь же хрестоматийное «Это я удачно зашел!». Между машинами уже бродили какими-то своими маршрутами молодые ребята — саперы под руководством двух старлеев в годах и трех прапорщиков того же, лет под пятьдесят, возраста.
Я оборвал на полуслове подскочившего радостного Гешку — к нам направлялся чем-то недовольный Фоканин.
— И что делать будем???
Я слегка оторопел.
— Не понял!
Фоканин помялся — если за это можно посчитать эдакую пантомиму: он пожал плечами, снял и помял в руках кепи, почесал в затылке… Наконец разродился.
— Чуется мне, что влезаем в чьи-то игрища нехорошие…
— А вы с собой развед- или контрразведчиков парочку не прихватили, что ли?
— Да они развалины обследуют и обшаривают.
— А вы, тащ капитан, Гешку попросите — он за ними скоренько и сгоняет!
Фоканин перевел взгляд на Гешку.
— Геш! Уважь военного, а!
Гешка кивнул и ушел. Через пару минут мимо проперлась бээрдээмка.
— Вот откуда здесь бронетехника без номеров, но с «тризубами», а?
Я попробовал подобрать ответ — и этот процесс мне как-то не понравился. Слишком много нехороших предположений стало проявляться. Я открестился от этого занятия.
— Это у уполномоченных пусть мозги кипят. Я лучше поприкидываю, как нам это хозяйство отсюда уволакивать в закрома родины. Как бы паника ненужная не поднялась бы.
Фоканин как-то обреченно хохотнул.
— Ага, «красная угроза», «РУССКИЕ ИДУТ!».
— Во-во! Орден мимо такой шняги не пройдет, подключится обязательно. Ахтунг типа алярм! Партизанен!!!
Фоканин повертел головой, с улыбкой разглядывая «парк трофеев». Я, чтобы не обезьянничать, для разнообразия задрал голову, глядя вверх. Пожалуй, с воздуха заметить технику визуально не получилось бы — кроны деревьев на высоте метров пятнадцати как бы срастались, не пропуская к земле прямые солнечные лучи.
— Технику явно в начале лета перебрасывали, месяца полтора назад.
Я перевел взгляд на капитана.
— С чего вдруг такая точность?
— Деревья. Это — «бомбардиры» по-местному. У них плоды специфические. В конце лета начинают вызревать, за «зиму» напитываются влагой и дозревают как раз в начале следующего. Когда сбрасывают — коробочки словно взрываются. Метров на пятнадцать семена разбрасывая. Хорошо, у них всхожесть низкая — всё б засеяли. Или им почва определенная нужна? Хрен его знает, в общем, но в рощицу в такое время лучше не заходить.
— Убьет?
— Синяков нахватать можно легко. Глаз повредить — запросто. Про яйца промолчу, потому что — как в анекдоте. Больно и обидно!