— А смысл?
— Перспективы. Направление перспективное.
— Хельмут, я сам ничегошеньки не знаю еще!
— Две головы всё равно лучше — и это не моя идея! Это вы весь мир к этому приучили!
Я особо стараться отговорить этого шваба упертого даже и не думал. Хозяин — барин! Что у него за интерес мотаться — не понимаю: сидеть с внуками пора, а он — как электровеник… И ни с того ни с сего я так этим вопросом озадачился, что толком не заметил перехода с пива под орешки на шнапс под отбивные.
— Над чем задумался?
Я выплыл из своих думок.
— Хельмут! Вот скажи!
Ой, я, похоже, охмелел… Да и черт с ним!
— Денег — много… Бизнеса крутятся…
Хельмут согласно кивал и угукал под каждое мое заявление. Похоже, и у него шнапс свое дело делал.
— Так что тебе спокойно не сидится-то? Вечно в поиске, вечно в эксп…
Я принял немного «разговорной смазки» из кружки.
— В поездках! Вот зачем тебе это?
Хельмут отложил вилку с ножом, отпил пива, отставил кружку и положил руки ладонями на стол.
— Знаешь, мой юный компаньон…
Я возмутился, но — про себя. Не время ещё…
— Породы собак тебе знакомы? Эрдель-терьер, знаешь такую?
— Ну знаю.
— Так вот, про них говорят, что они умирают на бегу… Моего деда так и не смогли выгнать на пенсию — он до восьмидесяти лет работал на верфи… Отец — его с завода «Опель» спровадить смогли — на следующий день пошел и устроился на частный автосервис… Они оба умерли не то что бы на бегу, но в движении… Я не хочу нарушать эту традицию и долго болеть, жаловаться на здоровье… Из той же Одессы я еле ноги унес десять лет назад — я местную имею в виду. Это было, м-м-м, познавательно. Интересно, что там сейчас?
Глава 16
Большую часть перелета «Порто-Франко — Точка Леру — Нью-Рино» я беззастенчиво продрых. Оказалось, что Виталий с Хельмутом знакомы не один год, поэтому Хельмут занял место второго пилота, а мне было предложено достаточно комфортабельное место в салоне — настолько комфортабельное, что я устроился поудобнее и просыпался только когда начиналось снижение перед посадкой. Умение спать впрок меня в подобных случаях всегда выручало. А что ещё делать-то было? Пялиться в окно — так с трехкилометровой высоты офигеть какие интересные виды открываются… Откровенья прям! Всех развлечений за полет — посещение бортового туалета, который, кстати, был меньшего размера, чем на «эйрбасах» и всяких боингах, но при этом более удобен в, так сказать, обращении. Так что вылезали мы в Нью-Рино как белые люди, безо всякого желания бежать «изливать посильно».
Отсутствие суетливости оказалось лично мне очень кстати — к Виталиному самолету подходила группа из трех человек, с одним из которых я очень хотел пообщаться. «К нам приехал, к нам приехал…» Ярцев подходил, короче. Собственной персоной. Деловой донельзя.
— Виталий! Какими судьбами! Вы свободны?
Я опередил не успевшего открыть рот Виталия.
— Господин Ярцев? Я не ошибся?
О, этот взгляд… Всплыло откуда-то: «Придайте мне вид мужа, занятого важными государственными делами!».
— Не ошиблись. Но я занят сейчас…
Сука! Занят он!
— Светлана Беляева… Катя… Укупорка потерянная от «Стингера»…
Ярцев ощутимо напрягся.
— Я знаю ещё массу разных интересных слов! Вы по-прежнему чертовски заняты или всё-таки уделите мне, убогому, час вашего драгоценнейшего времени?
Вот чего нельзя не уважать — это умения загнать свои чувства куда-то внутрь, глубоко-глубоко… Сделавший это Ярцев даже как-то человечнее выглядеть стал.
— Сарказм уберите, и я в вашем распоряжении. Только сразу вопрос: почему только час?
— Потому что видео займет минут сорок, десять минут — на папочку с бумажками…
— А ещё десять?
— А это будет сюрпризом!
— Я не люблю сюрпризы!
— Я тоже не люблю. Однако мне пришлось в свое время терпеть. Надеюсь, и вы потерпите.
— Где будем беседовать?