Глава 8.1 Легендарная магия
Госпожа Монд как будто совсем не удивилась, когда вслед за Киллианом мимо ее комнатки протопал Юргис и прошелестела красным платьем Анна. Старушка обещала приготовить обед на троих, при этом хитро поглядывая то на детектива, то на сопровождавшую его женщину. Более того, домоправительница имела наглость звякнуть монетами в кармане, напоминая таким образом Киллиану о заключенном вчера «пари».
- У вас такая интересная хозяйка, - заметила Анна, входя в комнаты детектива и мгновенно меняясь в лице. – И такая скучная комната…
- Чем богаты…
- А уж вы богаты, я знаю, - перебила госпожа Аркур, шагая из угла в угол и недовольно цокая языком, как ревизор. – Я распоряжусь завезти вам пару безделушек из моего дома. Ваша келья наводит на меня тоску.
- Это вмешательство в личное пространство, - попытался переубедить ее Киллиан, вдруг замечая, что его комната, как и кабинет в здании БМС, действительно какая-то… неуютная?
- Ох, как мы заговорили! Личное пространство! Я и в вашей личной жизни порядок наведу, будьте уверены!
- Боги упаси!
- Боги мне ничего не сделают и вам не помогут, - Анна весело подмигнула и упала в одно из кресел. – Если уж вы намерены переделать свою комнату в штаб и устраивать здесь мозговой штурм будьте добры учитывать мнение всех участников нашего клуба искателей правды. Юргис, ты со мной согласен?
- Я?… да… то есть…
Ликан с надеждой посмотрел на Киллиана, но тот лишь махнул рукой.
- Куда ни плюнь – попадешь в оппозиционера, - детектив устроился в очередном кресле, а Юргиса попросил принести стул со спинкой.
Пожалуй, стоит заказать еще мебель...
- Ну-с? С чего начнем? – бодро начала Анна, когда все расселись за круглым столом. Создавалось ощущение, будто неудача с запросом на Дело Ллойдов ее совсем не огорчила.
- Начнем с вещей Маривезера, - предложил Киллиан. - Потом – Роуда. Потом попытаемся найти между ними связь…
- Но только после обеденного перерыва! – тут же прервала его госпожа Монд, входя в комнату с опасно покачивающимся подносом, заставленным тремя кастрюльками и пузатым чайником.
- Ой, какая прелесть. Госпожа Монд, вы - чудо! – защебетала Анна, принимая из рук Маризы тарелки и помогая налить всем чаю.
Нарушить идиллию Киллиан не решился. Он замолчал и предпочел бы молчать все время трапезы, если бы Анна не втянула его в разговор. Детектив поражался, откуда в этой женщине столько энтузиазма и любознательности.
- И давно вы тут живете? – не унималась Анна. – Почему выбрали этот район? С вашим статусом обитать здесь непрестижно…
- А вы почему не пошли в журналистику? С вашим длинным носом вас туда с руками и ногами возьмут.
- Мой нос в самом деле длинный? – деланно обиделась госпожа Аркур. – Юргис, это правда?
- Прекратите переманивать моего напарника на свою сторону!
- Он теперь столько же ваш напарник, сколько и мой!
- И этим людям предстоит распутывать сложное дело… - вздохнул ликан, пряча улыбку. – А, знаете, мы на самом деле забавное трио. Хоть я и работаю с господином Хразом всего два дня, а с вами, госпожа Аркур – день, мне уже нравится…
- Просто Анна, мой дорогой, - женщина положила свою руку поверх руки Юргиса, но спустя секунду тут же отдернула ее. – Давай, рассказывай, чем ты увлекаешься, какая у тебя любимая еда и любимый цвет. Мы начали этот разговор у гостиницы, но не закончили. А я хочу знать абсолютно все!
Киллиан закатил глаза и спрятался за газетой, принесенной госпожой Монд вместе с едой. Как назло, первой ему попалась криминальная сводка, занимавшая теперь не жалкую колонку в конце номера, а целый разворот в самом начале. Название гласило: «Дама Пик снова утерла нос нашим детективам!», а первый абзац начинался словами «Самый талантливый сыщик Нозерфилда разводит руками и уже третий раз упускает преступника!». Далее шло подробнейшее описание вчерашнего убийства с частым использованием эпитетов «никчемный» и «бесполезный» применительно к Киллиану.
Дойдя до конца статьи и узнав имя писаки (У. Блейз), Киллиан только вздохнул. Этот тип определенно точил на него зуб после того, как детектив отказался давать ему личное интервью. До чего все-таки творческие люди обидчивы! Хотя следовало признать, что слог у Блейза легкий…