Отряд спустился в долину и поскакал прочь от замка. Заметив, что братья-гоблины вырвались вперед, а Снурри немного отстал, Елена выровняла своего коня, чтобы он шел тремя в стремя с жеребцом Држича. Она озабоченно спросила своего напарника:
– Ты по-прежнему не веришь в реальность происходящего, Алекс? Неужто, все это лишь твой сон?
– Видишь ли, девочка, – ласково ответил ей Скунс, – сон это или явь, но я-то остался прежним циником и рационалистом. Наши гоблины очень милы, но их появление для меня только очевидное свидетельство того, что я надышался какой-то дрянью или подхватил жуткую болезнь. Мне очень хочется проснуться и проснуться как можно скорее.
– Это не сон, Алекс, – настойчиво повторила девушка. – Чем скорее ты поймешь это, тем лучше будет для всех нас. Сегодня ты восхитил меня своей решимостью, а потом я подумала: он оттого так смел, что не принимает всерьез окружающих нас опасностей; он просто играет в игру по предписанным правилам. Сможешь ли ты помочь тем, о ком прежде заботился Честер?
– Хороша забота! – возмутился Држич. – Ты помнишь пещеру, с которой началась наша экспедиция? В такие норы Честер собирается загнать Хони и Гаги? Там у них должен появиться их ребенок? Сплю я или нет, для меня это неважно. Если по условиям, как ты выразилась, игры мне отведена роль князя Ли, я сыграю эту роль с полной отдачей и, полагаю, мне не первый раз придется взять на себя ответственность.
– А какую роль отводишь ты в этой игре княгине Ли? – поинтересовалась девушка.
– Ее задача – рожать детей своему мужу! – развеселился Скунс, но, услышав, как обиженно зашипела Елена, поторопился добавить: – Шучу, шучу! Если я принял на себя командование в этом княжестве, то тебе придется стать начальником моего штаба. Ты прекрасно знаешь, что всецело здесь я могу положиться только на тебя. И не меня, а тебя, девочка, надо призывать к осторожности. Надеюсь, ты найдешь другое время и другое место отстаивать свое достоинство, а пока доверишься своему напарнику, хотя он – Скунс, а не Валет.
– Положись на меня, Алекс! – попросила девушка.
Заметив, что альв приблизился к ним, она послала своего коня вперед.
Между тем совсем стемнело, а отряд все еще не миновал лесной части пути. Снурри, держа наготове свой арбалет, старался не отставать от Елены, помня обещание, данное им князю Ли. К счастью, гоблины хорошо знали дорогу, к тому же теперь отряду приходилось скакать по тропе, утоптанной лошадьми по пути к замку. Им помогало и то, что на безоблачное небо выкатила огромная луна, осветившая маслянистым светом засыпающую землю. Под ее лучами испещренный тенями снег казался зыбким ненадежным, но бег лошадей оставался быстрым и уверенным.
Когда слева от Држича заискрилась Лекса, он облегченно вздохнул. Впереди темнела сопка, ночью казавшаяся гораздо выше, чем была на самом деле. Чем ближе подъезжал отряд к ферме Гаги, тем внимательнее оглядывался по сторонам Скунс. Он знал, что чувство завершенности путешествия нередко играло злую шутку над утратившими бдительность путешественниками, погибавшими на пороге собственного дома.
Отряд, обогнув сопку, помчался по полю. Что-то встревожило Снурри. Альв бросил своего коня в сторону, но его движение лишь заставило подняться в воздух какую-то птицу. Арбалетчик вернулся на тропу как раз тогда, когда всадники скрылись под покровом леса, отделявшего их от поля, на краю которого располагалась ферма Гаги.
Хотя этот лес казался более редким, чем тот, через который всадники проезжали некоторое время назад, но, поскольку совсем стемнело, он выглядел сейчас более мрачным, более опасным. Впрочем, и его удалось миновать без каких бы то ни было осложнений.
Необъяснимая тревога овладела Држичем, когда его конь выскочил на поле, за которым светился окнами дом Гаги. Ощущение присутствия чего-то враждебного не покидало Александра все время, пока его, уловивший запах родной конюшни, жеребец летел по желтоватому снегу к воротам фермы. Даже когда Скунс покинул седло, предоставив гоблинам заботу об уставшем животном, предчувствие подкравшейся беды не отпустило его. Он посмотрел на альва, но Снурри выглядел абсолютно спокойным. Арбалетчик подождал, пока спешится Елена, а потом проследовал за ней в дом.
Држич огляделся. Гоблины повели лошадей на конюшню. Скунс прошел по двору, выглянул за ворота, осмотрел запертую дверь кузницы. Не обнаружив ничего подозрительного, он вошел в дом, где увидел сидевшего за столом Честера, с удовольствием попивающего эль из вместительной кружки.