– Кроме тебя, – шепнул с усмешкой Држич. – Пойдем, я должен тебе кое-что показать.
Он проводил ее в соседнее помещение, где показал разложенные платья. Елена придирчиво осмотрела наряды. Ее внимание привлекло одеяние пажа. Тот, кто готовил одежду для княгини Ли, должно быть, обратил внимание на ее нежелание носить платья, хотя они лежали наряду с другими одеяниями, как бы предлагая не ограничивать свой выбор привычным стилем.
– Кто это сделал? – спросила женщина, с сомнением посмотрев на мужа.
– Это не я, – покачал головой Држич. – Оцени заботливость и вкус маленьких брауни, стремящихся угодить нам.
– Помоги мне! – решительно заявила Елена, стаскивая свитер.
Она примерила костюм пажа, повертелась в нем перед зеркалом, осталась весьма довольна своим видом, но не ограничилась удовлетворившим ее вариантом. Настала очередь платьев, среди которых оказались столь замысловатые, что без помощи мужа она вряд ли смогла бы затянуть все шнурки, застегнуть все крючки, собирающие отдельные куски тканей в сложную конструкцию.
Држич готов был держать пари, что в конечном итоге жена выберет костюм пажа, но он ошибся. Отложив приглянувшийся ей костюм, она надела платье, не слишком вызывающее, но достаточно нарядное и удобное. Когда она взглянула на мужа, ища в его взгляде одобрение, Александр понял, что сделанным выбором женщина тоже хочет подчеркнуть изменение, произошедшее в их отношениях. Он удовлетворенно кивнул, а Елена поспешила утвердиться в статусе любимой жены. Она указала на мужской комплект:
– Тебе не хочется примерить его? – спросила она, но в ее интонациях чувствовалось не предложение, а указание.
Држич охотно подчинился. Елена выбрала то, что ему самому представлялось наилучшим вариантом. Он надел черные штаны, белоснежную рубашку с широким, лежащим на плечах воротником, черную куртку с серебряными пуговицами. Затягивая пояс, он искоса взглянул на жену, внимательно следящую за туалетом Држича.
– Довольны ли вы мной, княгиня? – с улыбкой спросил Александр.
– Я была бы довольной гораздо больше, если бы ты явился на час раньше, – не удержалась от колкости женщина.
Држич предложил ей руку и повел в столовую, где на столе дымилось жаркое среди десятка других неведомых блюд.
– Прошу, княгиня! – Александр отодвинул стул, предлагая жене приступить к трапезе.
– Неужели все это мы должны съесть? – с ужасом спросила женщина, оглядывая блюда, тарелки, судки, салатницы, горшочки, расставленные на необъятном столе, во главе которого затерялась пара голодных людей.
– Осваивай роль властительницы замка Ли, – усмехнулся Александр. – Со временем ты сможешь сама составлять меню, а пока тебе предлагают дегустацию, чтобы в дальнейшем облегчить твой выбор.
Сам он без церемоний приступил к завтраку, торопясь поскорее утолить мучивший его голод. Елена же, успевшая перекусить утром, поставила перед собой цель попробовать хоть по небольшому кусочку всего, что предложили ей на выбор. Она заметила, что ее муж, ожесточенно опустошающий тарелки, периодически довольно громко выражает свое одобрение стряпней и сервировкой стола. Поняв, что делает это он вполне сознательно, она последовала его примеру, негромко похваливая то, что пришлось ей по вкусу.
Наконец, Држич, отложив вилку, посмотрел на жену. Та встала из-за стола, ожидая, когда ей предложат руку. Поблагодарив невидимых брауни, Александр вывел жену из столовой и повел ее в комнату, где они провели ночь. Здесь все уже было убрано умелыми руками маленьких слуг. В камине гудело пламя. Выбранная княжеской четой одежда висела на крючках около платяного шкафа. Кровать оказалась аккуратно застеленной. Именно на нее уселась Елена. Држич направился сначала к креслу, но, перехватив недоуменный взгляд жены, остановился, вернувшись, сел рядом с ней. Елена тут же положила голову ему на плечо. Она замерла, наслаждаясь ощущением покоя и защищенности.
– Ты сейчас опять убежишь командовать? – печально спросила женщина, глядя на пламя в камине.
В ее голосе не прозвучало ни осуждения, ни скрытой просьбы, ни раздражения. Она лишь хотела знать, сколько минут безмятежности остается в ее распоряжении.
Александр отстранил жену, встал, расстегнул ремень и снял куртку. После этого он вновь расположился рядом с Еленой, обняв ее за плечи и притянув к себе.
– Я неспроста так задержался, девочка. Мне следовало сделать все самое важное, чтобы оставшееся время до самого ужина побыть с тобой. Мне никуда не надо уходить. Вечер нам предстоит непростой, но до него еще далеко.