- Что ты имеешь в виду?
- Ты меня ценишь, просто не осознаешь, насколько я важна для тебя.
Эрика еще раз осмотрела Пейдж с ног до головы. Какой смысл пытаться переделать человека, не поддававшегося дрессировке? Обратившись к недавнему высказыванию баскетболиста, она также задумалась, правда ли индианка воспринимала ее за старшую сестру и показывала пререканиями любовь. Будучи единственным ребенком, дочка директора не очень понимала отношения братьев и сестер. С другой стороны, у Сабрины была старшая сестра и кузены, у Бритни – Гарри, а у Пейдж также никого. До сегодняшнего дня Эрика и не осознавала, что, несмотря на неприязнь и недомолвки, у них с коротышкой нашлось нечто общее. Когда остальные занимались домашними делами и решали очередные семейные проблемы, а отец задерживался допоздна, лидеру элиты всегда были рады в доме Роу. Где отсутствовали чопорность и порядок поедания пищи, а на столе лежала лишь пара приборов; где обсуждали не других людей, а делились мнениями о глобальных мировых вопросах. И, если начистоту: когда человек раздражал, Эрика обычно прерывала общение на корню, а Пейдж до сих пор входила в группу «голубых» кровей. Ответственность за то, что взяла под опеку? Или же нечто более глубокое вынуждало терпеть закидоны? Возможно ли, что она тоже воспринимала Пейдж за младшую сестренку? Возможно ли, что она часто проводила с ней вечера не только из-за бесплатной еды?
- Наверное, Мартин поэтому и нравится окружающим.
- Ты о чем?
- Не важно. Пойдем, я голодна.
Эрика не прокомментировала случайно сорвавшуюся с губ фразу – зашла в здание. Ни к чему пытаться понять, зачем продолжать дружить с кем-то не из потомков основателей. Лучше сосредоточиться на укреплении влияния среди старших классов и контролю Сабрины и Дженнифер. Элите как никогда нужно сплотиться перед грядущими переменами: скоро к ним присоединиться представительница Хилстонов. Родители обеих породистых ненавидели род Эшли. Пейдж хотя бы будет на стороне Эрики. Если ее сейчас выгнать, лидер начнет проигрывать в голосованиях.
Между тем, вывеска с названием моментально перестала раскачиваться.
Фойе ресторана представляло собой небольшое помещение в темно-малиновых тонах с вешалками у правой стены, стойкой для регистрации в центре, стальной массивной дверью слева, деревянной аркой напротив входа и дорогой люстрой с цветными стеклянными подвесками. Пол выложили темным гранитом, как дань уважения индийскому стилю. Колокольчик на двери оповестил о приходе посетителей. Мама Пейдж, заменявшая администратора, ушедшего в декрет, обернулась. Рыжие волосы женщины были собраны в пучок, светло-коричневый костюм подчеркивал пышные формы и оттенял ореховые глаза. Эрике миссис Роу нравилась: современная женщина, не отягощавшая дочь правильным воспитанием, с хорошим чувством юмора, уравновешенная. Будь учителя как она - на занятиях было бы в сто раз легче. Кроме того, девочка считала, что, если отец женится повторно, то мачеха должна иметь схожий с Лайлой характер.
- Вы уже здесь.
- Привет, мам. Я вернулась, - Пейдж подлетела к женщине, прильнув к ней.
- Как в школе? – миссис Роу обняла дочку, поцеловала в макушку между хвостиками.
- Отлично. Лужайку привели в порядок, но обеды на свежем воздухе запретили.
- Это к лучшему. Кто знает, вдруг прорыв повторится. Эрика, здравствуй.
- Добрый день.
Лидер элиты поздоровалась, удивившись хрипоте в голосе. Со смерти миссис Розвелл прошло много лет, однако, глядя на отношения Пейдж и Лайлы, девочка каждый раз расстраивалась. Эрика редко завидовала людям, но очень хотела бы также обнять маму, обсудить с ней школьный день, пожаловаться на подруг… Несправедливо, что болезнь отняла ее у дочери так рано. Отогнав скорбь, Розвелл сняла пальто и повесила на одну из свободных вешалок.
- Ваш столик готов. Можете проходить. Только я не поняла, вы вдвоем сегодня?
- Бритни приболела, а с Сабриной мы опять поругались.
- Разные характеры приводят к ссорам, - подчеркнула Лайла, выпустив дочку из объятий. Зазвонил телефон. – Я должна работать. А вы идите. Еду принесут через пятнадцать-двадцать минут. Мы думали, вы будете позже.
- Хорошего дня, - поддержала Эрика, толкая тяжелую дверь, придержала ее, пока Пейдж вешала куртку.