- Прекращай драму. Мы не уедем отсюда. И в Хьюстон тебя никто не отправит. Ты там лишняя.
Тем не менее, Альберт оставался человеком, который умел читать ее мысли. Наблюдая за ним, Эшли вспомнила, что до того, как она обиделась за переезд, рассказывала отцу обо всем. И тот слушал, давал советы. Месяц назад папа был лучшим. Ей завидовали подружки - понимающие родители. Как так вышло, что их отношения испортились? Откуда секреты? До февраля важнейшим человеком в жизни был глава семейства, заботливым, понимающим и честным. Но то заблуждение. У взрослых по статусу иметь тайны. К примеру, про связь с семьей основателя в нелепом городишке, смахивающем в порядках на прошлый век. И о каком доверии может идти речь?
- Я здесь лишняя.
- Чушь, - Альберт сказал, как отрезал. Без раздумий, твердо. - Здесь ты как раз на своем месте. Поэтому возьми себя в руки и начни осваиваться.
Заевшая шарманка, которая зазвучала по-новому, теперь Эшли и сама осознала: никуда ей из Эдмонта не деться. И Альберт уловил это колебание. Его прогноз верен. Дочь не способна вечно упираться.
- У меня есть вопрос.
- Спрашивай, - мужчина сделал пару глотков, закрутил крышку бутылки.
- Почему ты сейчас вернулся?
Лица мистера Абрамсона исказилось: недоволен вскрывшимися подробностями его детства. Не ко времени. Не по плану.
- Кто рассказал?
- А это правда?
- Да. Я родился и вырос в Эдмонте.
Эшли села. Она до последнего надеялась, что Эрика ввела в заблуждение.
- Ты собирался рассказать мне о детстве? О корнях?
- На весеннем фестивале нашу семью бы официально представили.
Альберт говорил спокойно, словно ничего страшного не произошло. И его эмоциональное состояние было полностью противоположно скачку настроения дочери. Эшли будто дали под дых.
- То есть меня бы снова просто поставили перед фактом?
- Какая разница.
- Ты не спрашиваешь моего мнения.
- А с каких пор родители при принятии решений советуются с детьми? Ты забываешь, сколько тебе лет. У тебя не будет права голоса до совершеннолетия.
- Ты думал обо мне, когда принял решение переехать?
- Конечно, я думал о тебе.
- Пап, брось, - поддавшись порыву, Эшли вскочила с дивана. Подушка упала на пол. Оправдание звучало неубедительно. - Если ты действительно тут жил, то должен понимать, что люди ужасные. Со мной обращаются, как с низшим сортом.
- И ты позволила с собой так обращаться?
- А что я могу? Я ребенок, судьбу которого ломают.
- Твою судьбу никто не ломал. Наоборот, мы делаем все, чтобы тебе хорошо жилось.
- Ваши действия делают мне хуже.
Альберт поставил бутылку на стол и соизволил приблизиться. И, присмотревшись, Эшли обнаружила в глазах отца непоколебимость и усталость. Ему надоело бодаться. Раньше он игнорировал выпады ребенка и ожидал покаяния. Сегодня лимит терпения иссяк.
- Ты сама ставишь себя в унизительное положение, - в голосе главы семейства появились жесткие нотки. На сцену вышел тиран - редкий гость, после общения с которым следовали истерики. - С какой радости ты позволила довести себя до слез? Как ты посмела унижаться? Забыла, чему я тебя учил? Нельзя показывать слабости. В Хьюстоне была главной в классе, так и здесь начни руководить. С каких пор ты стала интровертом. Давно бы подружилась с одноклассниками. Франческа Дрейк, Эрика Робертс. Эти девчонки, как и их родители, тебе в подметки не годятся. Они пытаются запугать, потому что понимают, кто королева школы. Я ни разу не попадал в комнату для наказаний. А моя дочь, которая всегда была послушной и ответственной, угодила туда в первый месяц учебы.
Замок в коридоре снова щелкнул. Послышались довольные голоса Роберта и Симоны.
- Привет, пап.
Мальчик подбежал к отцу. В отличие от матери он не заметил, что сестра с отцом испепеляли друг друга взглядами. Футболка была испачкана краской.
- Мы так здорово провели время! Стивенсоны наняли клоуна.
- Вы знали, что я просидела в туалете три урока?
Вопрос был обращен к матери. В другой ситуации Эшли бы сделала ей комплимент. Темно-зеленый брючный костюм и черная блузка с небольшим вырезом - смотрелась безупречно, настоящая леди. К ужасу дочери, Симона не выглядела виноватой, когда на нее посыпались обвинения. Женщины пожала плечами и выглядела удовлетворенной, что правда вскрылась. По крайней мере, так показалось дочери. Дети редко правильно толковали мимику родителей.