- Какой сон после услышанного?!
- Эрика, хочешь разрушить собственный дом?
Воспоминания не вызвали приятных эмоций - неосознанно Эрика в очередной раз усилила ветер. Верхушки деревьев стали раскачиваться сильнее. Движения лиственного человека также стали резче. Вероника сказала, что контроль придет после обучения, а до тех пор нужно сдерживать эмоции. Обычно с самоконтролем у Розвелл проблем не возникало, но ситуация нестандартная. Трудно совладать с собой, когда все летело в тартарары. Хотя она держалась молодцом. Не бегала по улице с криками, заберите в психлечебницу.
Человек из листвы начал приседать. В младших классах Эрика играла на пианино, но бросила музыку после смерти мамы, которая и привила интерес к клавишам. Но навыки не забылись. Мелодия детской колыбельной играла в голове, а пальцы двигались по воздуху по невидимому инструменту. И это ее успокоило. Сначала выровнялся пульс. Создание выбрало плавные движения. Порывы ветра уменьшились.
- Что я делаю?
Как делала – очевидно. Ей подчинился воздух.
Узорчатая дверь, разделявшая улицу и дом, со скрипом отворилась.
- Ты здесь, а я ищу.
Пейдж протопала через крыльцо к ступенькам. Ей тоже не удалось выспаться. Эрика одолжила желтую пижаму, поверх которой брюнетка накинула халат, когда, обыскав дом, догадалась выйти на заднее крыльцо. Хвостики в кой-то веке распустила (с распущенными волосами чуть меньше походила на младшеклассницу).
- Я хочу побыть в одиночестве. Без тебя и твоей чокнутой тетки.
Розвелл не стала оборачиваться и приготовилась зарядить залпом из ругательств в адрес ближайшей родственницы индианки.
- Заболеешь.
- Уже больна. На всю голову.
Пейдж, как обычно, не поняла намека и присела рядом, накинув на плечи подруги плед. Эрике пришлось унять злость. Жест был милым и полным теплоты. Вселенная не давала им поругаться, а только находила способы, чтобы сблизить. Нельзя игнорировать, что они походили на сестер. Даже сейчас, когда мир сошел с ума, девочки переживали перемены бок о бок. У Розвелл имелись основания сетовать на семью коротышки. Однако пусть и не признается, Эрика радовалась, что не одна. Мартин верно подметил: она и не осознавала, насколько зависит от так называемого «приемыша».
- Ты во всем виновата.
С губ сорвалось обвинение, а не благодарность. Роу закатила глаза. Чего-то такого она и ожидала от подруги. Всегда с первого раза понимала, что не права, но упорно включала ядовитую змею. С магией или без Розвелл не поменяется. Сама Эрика удивилась яду. Разве не очевидно, что назад не повернуть? Каждая клеточка ее тела жаждала магии. Она чувствовала силу. Пугали ли изменения? Несомненно. Но также возникло удовлетворение. Как будто в нее вкололи дозу недостававших витаминов
- Эрика, клянусь, я не знала ничего о прошлом тете. Я так же, как ты, впервые столкнулась с фантастикой.
- Серьезно? Почему я не верю? Помешана же на комиксах.
- Мне нравятся графические романы, у меня богатая фантазия. В спальне комод, битком набитый журналами и кассетами с мультфильмами. Пытаюсь рисовать и придумывать собственные сюжеты. Но я же понимаю, что все не взаправду, - Пейдж говорила без сарказма. – Понимала. Почему думаешь, что мне не страшно? Я в ужасе? Представляешь, что будет, если я в общественном месте пройду через кого-то или что-то?
- Тебя такое не волнует.
- Волнует. Просто я не показываю.
- Да ты же была счастлива, когда услышала про способности.
- Это прикольно.
Пейдж добилась внимания. Эрика стрельнула яростным взглядом.
- Прикольно? Мы фрики. Наши жизни разрушены, а ты радуешься?
Не говоря о том, что школьница едва не погубила кучу народу. Пейдж упорно не понимала, насколько плачевны события в ресторане для их будущего. Если верить Веронике (а выбора особо не было), то они только на первой стадии. Способности будут развиваться стремительно, а последствия разрушительные. Из-за маленькой вспышки гнева Эрика перевернула вверх дном целую комнату. А что будет, если разозлится по-настоящему? И что за потусторонний мир? Вдруг придется туда отправиться?