Позади послышался плеск.
Обернувшись, Бритни обнаружила очередную лужу.
Над самоконтролем предстояло поработать. Возможно, дело в генах отца, пытавшегося всегда находить истину, но девочка собиралась разобраться в том, откуда у не способности. Но надо было откуда-то начать.
По дому разлетелся писк дверного звонка.
Глава 25. Подозрения
Тишина в гостиной продлилась несколько минут. Никто не шевелился и не говорил. Каждый ощущал тяжелую ауру вокруг миссис Абрамсон. Альберт, понимавший, что скоро не сможет утаивать правду от жены, выжидал, когда благоразумие возьмет вверх над осуждением. Эшли гадала, как именно мама отчитает брата. А Роберт, которому затянувшая пауза и мелькавшие в глазах женщины искры раздражения и злости показались плохим знаком, будучи провинившимся ребенком, пытался не заплакать. Наконец, Симона, переварившая сообщение сына, обреченно покачала головой, после чего погладила мальчика по голове.
- Ничего страшного, родной. Это всего лишь духи. Ты же не трогал осколки? Не порезался?
Мальчик, в зеленой пижаме с изображением дракончика, босоногий, сморгнул слезы.
- Нет. Я успел отскочить.
Миссис Абрамсон кивнула. Пусть с дочерью и мужем начался разлад, срываться на второго ребенка неправильно. Женщина взяла эмоции под контроль. Симона выдавила улыбку, чтобы успокоить мальчика. Он всего лишь уничтожил французские духи из лимитированной коллекции, которыми мама брызгалась, когда собиралась на светские приемы, которые бережно хранила три года. Но в жизни по швам трещали более хрупкие вещи: семейная идиллия. Мысль, что переезд связан с дочерью, закралась в голову и не отпускала. А обычно интуиция в делах родных у Симоны работала без сбоев. И, если все подтвердится, то их с Альбертом ждет серьезный разговор. Будущее детей всегда обсуждалось.
- Возьмем совок с веником и уберемся, чтобы никто не поранился. Знаешь, где они лежат?
- В шкафу у входной двери.
- Принесешь?
Роберт кивнул и вышел в прихожую. Мать наблюдала, как он потянулся, чтобы нажать на выключатель. Когда зажегся свет, сын открыл правое отделение шкафа и достал необходимые предметы, вернулся на кухню.
- Вот.
- Хорошо, - Симона забрала веник с совком. – Закрой шкаф, выключи свет и посиди немного в своей комнате, пока я уберусь.
- И надень тапочки. Сколько говорили, не ходить босиком! – подал голос Альберт.
- Вы будете готовить завтракать или мы останемся голодными?
Интонация Симоны отразила бурлившую в женщину обиду. Их с мужем глаза встретились, и мистер Абрамсон прочел то, чего боялся: жене надоели постоянные отговорки. Но он все равно не мог посвятить ее в историю Хилстонов. Оставалось понадеяться, что Симоне и дальше хватит мудрости и дальше жить, закрывая глаза на прошлое мужчины. В свою очередь супруга тоже понимала, что попала в замкнутый круг.
- У Вас пятнадцать минут.
- Тогда не теряем времени, - Эшли, решившая исправиться, заспешила к холодильнику. Симона кинула на нее задумчивый взгляд. Альберт всегда знал дочь лучше, не правда ли?
Миссис Абрамсон зашагала в сторону спальни вместе с сыном, который остановился у двери в комнату.
- Мамуль, извини.
- Почему ты зашел без разрешения?
Прозвучал вопрос, который следовало задать с самого начала, потому что духи стояли в запрещенной для детей зоне. Роберту было прекрасно известно, что ему нельзя туда подходить. Обычно он не нарушал обещаний, за редким исключением, вроде мороженого, втайне купленного сестрой.
- Я услышал, как зазвонил папин мобильный.
Ответ Симону не устроил. Мало того, что дочь перечила, теперь и младший начинал врать.
- Его телефон возле кровати.
- Не этот телефон, - прошептал мальчик, боязливо оглядываясь назад, не услышит ли папа.
- А какой?
- Как раз это я и хотел узнать. Музыка шла из вашего шкафа.
Симона напряглась. Второй телефон? Мог ли сын и это выдумать, чтобы избежать наказания?