От автора.
Перед прочтением данной работы хотелось бы отметить, что первая попытка написания этого произведения (Изначальная версия называлась "Валькирианская война") была очень и очень неудачной по ряду причин:
1. Не было плана, не было смысла, только фан и садамия.
2. После длительно переработки вышел "Новый Завет" Новый канон, переросший в серию работ по новой вселенной.
3. Работа так же будет (а возможно уже на момент вашего прочтения) отредактирована.
Все те, кто ждал продолжения "Старого Канона" прошу простить меня за резкий поворот событий и так же за то, что работа отредактирована так поздно. В старом завете у меня пропал запал и вдохновение, а редакцию нового я откладывал в долгий ящик, до которого наконец-то добрался.
Посвящается.
Всем тем, кто читает это.
Зеллану сыну Алдира. (Шпала, помни, что я жду Кольцо Ориона-2!)
Всем тем, кто знаком с Хрониками Климэнда.
Всем, кто читает это после редактуры.
Пролог. Так нам пели Святые Проповедники.
Саундтрек главы: ENTROPY | by End Of Silence (Ft. Alexa Ray)
***
Рукав Персея.
Конец Войны Вуали.
Точные дата и время неизвестны.
Планета земного типа, кодовое название «Дворец».
Операция «Ересь».
Хэлион дрожит. Еле заметно качается из стороны в сторону, как единственный, оставшийся на бесконечном золотом поле, колосок пшеницы. Губы её подрагивают. Из далека не заметно, как глаза наполняются алыми слезами. Шепот погибающей планеты затмевает собою другие звуки, от чего совсем не слышно тихую молитву Хэлион.
— Страх не наш выбор. Смерть не наш путь. Зову вас всех в своих ряды. Боль со мною. Смерть рядом со мной. Я веду в бой ваши полки. — Хэлион молится. Сжимая в руках чёрное обручальное кольцо с еле заметными линиями золота, она молится.
Вместе с ней, колышется на Пустотном ветру Теневая Вуаль, будто бесконечное поле аграрной планеты; плачет Вуаль, как раненное дитя.
Хэлион чувствует боль в груди. Еле заметно, почти неощутимо, сжимается её сердце, чтобы с болью стучать в ритм мыслям. До ужаса, слёз и дрожи хочется кричать, но Хэлион кусает окровавленные губы, чувствует на них солёный привкус крови и на одно мгновение закрывает глаза, чтобы вспомнить так нудные ей сейчас слова родного брата.
«Помнишь, что я тебе говорил, сестрица? Мы рождены зажигать звёзды и гасить целые системы! Запомни это, Хэлион! В древности всё было просто! Прежде боли — жизнь. Прежде меча — слова. Прежде ненависти — любовь». Слова брата эхом отдаются в потоках ветра, пришедшего из Пустоты, а сама Хэлион повторяет их в своей голове, в надежде не сойти с ума окончательно.
Ветер, пришедший из Пустоты, не дует и не свистит. Так принято рассказывать о нём среди псиоников. Он не воет голодным зверем, не сносит людей с места, как порывы бесконечной, жестокой бури на штормовых планетах. Даже мурашек от него нету. Ветер просто есть, он забирает часть от души, восстановить которую тяжелее, нежели залечить раны телесные. Он — часть псионика. Его проклятие и его благословение. Нет ничего страшнее, чем Ветер, ворвавшийся в сердце, но и нет ничего на свете блаженного, чем сила, которую он приносит за собой, взамен на кусочек души.
Ветер был и будет всегда сигналом того, что пси-волна разбилась о камень.
Порвалась волна, оставив от себя капли, будто утренняя роса. Он навечно останется болезненным напоминанием о предательстве, о крови, пролитой на берегу. Ветер — отголосок памяти о тех, кого Хэлион оставила по ту сторону. О тех родных и близких, кого она обрекла на вечные муки перерождения, не желая самой становиться жертвой. Хэлион не хотела подобной судьбы своим детям. Поэтому и потеряла родных сыновей.
Она решила, что будет лучше, если такая судьба упадёт на плечи приёмных чад — найдёнышей, которых она могла бы взрастить, считай что на убой. Да, это так. Великая Хэлион-Вион. Императрица Теневой Вуали. Копьё Первой Империи. Царица Разумных. Очистительница Ульев. Бич великих и мятежных машин. Что осталось от её титулов? Проклятая своим народом, который она поклялась оберегать. Отречённая от теневой Вуали, которую хранила столько веков. Бич родной империи, во имя которой она отдала всё, что у неё было. Погибель каждого разумного, что боготворил Хэлион. Некогда страх всех машины, ныне ужас для всех органиков. Она погубила родной мир. Уничтожила память о детях, нарекла их именами сирот, лишь бы заполнить пустоту в сердце, причиной которой являлась она сама.