Всему виной человеческий фактор. Убийца тот, кто спустил курок. Тот, кто вонзил нож под лопатки. А вовсе не тот, кто продал партию оружия.
Стефан всегда придерживался это мнения. Даже когда до безумия любимая жена Миранда устроила теракт на планете. Стефан не отрицал, что продал оружие по заказу жены. Не отрицал, что люди эти не вызывали у него доверие, но Конфедерация подтвердила его лицензию торговца оружием и сейчас сама должна была разбираться с проблемами, которые учинила Миранда Райдер.
— Ты разочарован? — Спросила Мири, сидя перед ним в свете красного неона.
Стефан молчал. Весь его бизнес был под угрозой, но что самое главное — дочка вот-вот лишится и отца и матери на лет пятнадцать точно.
— Ты не подумала о последствиях. Ты всё сделала через моё имя. Поставила мою печать на документы. «Всего-то простая поставка на Порубежные Системы, мой дорогой муж». Ты соврала мне. Нет, что ты, Мири, я не разочарован. Я просто думаю, как бы сказать Люси, что маму она больше не увидит. — Стефан почувствовал тепло внутри себя. Так он делал, когда избавлялся от ненадёжных партнёров и покупателей. Кто же знал, что таким человеком окажется его жена? Райдера унял дрожь, в теле покачал головой.
— Зачем, Миранда? Разве я не нашёл убийц твоих родителей? Разве я не сделал для тебя всё, о чем ты мечтала? —
— Ты купил наёмников, что убили виновных. Ты всего на всего купил всё то, о чем я просила. — Мири улыбалась. Так, как это делают мертвецы в кошмарах. Стефан с каждой минутой чувствовал, как любовь его угасает. Страшно было осознавать, что привязанность к жене гаснет, как неудавшийся торговый контракт. Жаль, что он не получит с этого расторжения денежной компенсации.
— Прощай, Мири. Я расскажу Люсиль о том, почему ты оставила её. — Стефан вышел из-за стола и медленно побрёл назад. Он слышал, как брыкалась его дорогая Мири и как она старалась сломать цепь наручников, прикованных к столу
— Ты не посмеешь. Я твоя жена, а не игрушка, которую можно выбросить! Я не просто партия оружия, о чьей потере можно забыть, я мать твоей дочери! — Крик её стал визгом, а через секунду превратился в плач.
— Ты перестала ей быть не в тот момент, когда уничтожила целую планету арканцев. Не в ту секунду, когда пришла к дочери с окровавленными руками и даже не в тот момент, когда согласилась сдать все мои незаконные преступления властям! Ты умерла в ту секунду, когда нарушила данное тобой же слово! Ты пообещала мне, что никогда не оставишь меня одного, даже если будешь сжигать одну систему за другой! Между тем, чтобы любить меня или власть, ты выбрала любить возможность быть всемогущей. Ты выбрала власть. А как же через тернии к звёздам вместе, Мири? Как я погляжу, ты отправилась к звёздам одна. — Стефан в последний раз взглянул в лицо жены и еле слышно прошептал.
— Я бы пошёл за тобой, чтобы сжигать планеты рука об руку. Но ты ушла одна. Ушла и забыла, что я всегда был рядом. —
Стефана Райдера запомнят как виновника множества терактов и торговца оружием. Его имя станет для всех корпорантов уроком. Не иметь в бизнесе привязанностей. Иначе они погубят всё быстрее, чем фазовые врата переносят корабли от системы к системе.
Глава 23. Лёгкость
Прости, прощай.
И мне нет оправдания.
Твоя печаль
Она здесь в ожидании.
Так впусти её
И позабудь
Это всё!
То, кем я стал!
Позабудь скорее всё!
Я так устал.
Ведь я знаю, что нас ждёт.
Linkin Park — What I've Done (Cover на русском | RADIO TAPOK)
***
Давным-давно Святые Проповедники запрещали валькирианцам громко и долго скорбеть по усопшим. В годы долгой войны между Проповедниками, которую назвали Войной Светил, указ каждой из враждующих сторон перешёл в новую форму. На похоронах запрещались слёзы. Сама процессия превратилась в обряд долго и изнурительной молитвы. Если кто-то забывал слова, могло статься так, что место на погребальном костре он занимал вместе с погибшим родственником.