— Вы часто сюда, приходите, мистер Райдер. —
Падре, явившийся только что с очередного боя на улицах, сел рядом с Томасом. Оба они безотрывно глядели на икону. И если святой отец уповал на это изображение Девы Марии, что предстала на иконе в синем платье-тунике и пурпурном покрывале с пылающим сердцем, то Томас с трепетом пытался подобрать слова, который не очернили бы его перед святым отцом на столько, что тот ты отказался бы отпустить его грехи. Томас боялся. Не помнила, как можно верить, когда небо, куда должны были возноситься молитвы, горело чёрным пламенем.
— Я пришёл исповедоваться, падре. Я искренне сожалею, ибо в жизни согрешил и делом и словом и помыслом своим. Мою жену и сына убили валькирианцы, задолго до блокады. Я нашёл тех, кто был в этом повинен и убил особо жестоко. Я сжёг их тела на площади одной из пограничных станций. А позже отправился в тюрьму, оставив дочку на попечении друзей. А как был помилован, пытался хоть как-то выпросить прощения у дочери. Карен простила меня, всюду таскала за собой, пыталась показать мир, но если я и улыбался ей, то только потому что хотел заглушить её боль, а не сделать дочку счастливой. И вот она умерла после родов, а я остался один, с внуком на руках и я не знаю, простит ли Карен меня там, на небесах, зная, что родитель из меня никакой. Я повинен во многих грехах, падре. Я ленился быть хорошим отцом, я злился на весь мир. Но я хочу верить. Верить, что когда придёт время, я дам внуку всё, чтобы он не знал забот и сам встану рядом с женой и детьми под дланью Господа. —
— Почти каждый день я слышу десятки исповедей, мистер Райдер. — Отвечает ему святой отец.
— И каждый раз я отпускал грехи, потому что те, кого я принял, погибли, защищая свой дом. Кто от безысходности, кто от веры в победу, а кто в надежде на то, что скоро всё закончится и главное — просто подождать. Бог, Отец милосердия, через смерть и воскресение своего Сына примирил мир с Самим Собой и послал Святого Духа среди нас для прощения грехов; через служение Церкви пусть Бог даст вам прощение и мир, и я отпускаю вам ваши грехи во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Я отпускаю тебе твои грехи. Иди с миром, мистер Райдер. Если получится, подари внуку то, чего не смог подарить детям.
***
— Пятый сектор отрыл огонь по кораблям Эскадры! —
— Десятый сектор открыл огонь! —
— Двадцать второй сектор открыл огонь! —
— Огонь открыли пятьдесят три процента секторов! Наши ребята справились! —
— Внимание! Отряду «Гьяллархорн» начать атаку на фазовые врата Харон! Открыть проход Седьмой Флотилии!
***
Небеса взаправду горели. От падающих на поверхность Земли и сгорающих в атмосфере фрегатов и частей дредноутов. От всполохов непрекращающегося диверсионного огня, от пролитой крови. И от сияния магнитных полей почти погибшей планеты.
Когда отряды спецназа захватили центральный канал врат и открыли фазовый тоннель, из золотого, почти что радужного свечения фазы, вырвалась вся пятая флотилия, не встретившая сопротивления по пути к Земле. Эскадра Устрашения медленно отступала из Солнечной Системы и вдогонку ей была отправлена почти половина всей Пятой Флотилии, пока все оставшиеся корабли Республики принялись устраивать зачистку местности, включавшую в себя всю атмосферу Земли и в том числе территорию Луну.
Когда солдаты наземной обороны увидели вспышки кораблей, покидающих свою дислокацию, они ринулись в контратаку на пехотные полки Охотников, оставшиеся без прикрытия с воздуха. Их оставили на убой и земляне отплатили безымянному легиону той же монетой, которую они столь долгое время принимали. В течение трёх дней война была закончена. Но стоило людям поднять руки к небу и закричать во весь голос о долгожданной победе, как тут же земля под их ногами затряслась. Сканеры республиканских кораблей успели отследить угасание магнитных полей и небывалую за всю историю, сейсмическую активность.
***
Зер’Ато дрожит, когда вдыхает полной грудью. Не от страха или холода. От вожделения. Наконец-то он встретит пустоты. Истинную пустоту, а не место, что прокляло его на вечную жизнь.
Его ждёт последний шаг в темноту.
Глава 6. Угасающее пламя
Мы нашли врага, против которого объединилась вся галактика.